— Тамерлан! — кричит Патимат куда-то вглубь дома. — Иди, гостья спустилась!
Слышу шаги. Тяжёлые, уверенные. Он выходит из соседней комнаты, и я снова ловлю себя на том, что смотрю слишком откровенно.
Он переоделся. Белая рубашка, накрахмаленная, с закатанными до локтей рукавами. Чёрные брюки, облегающие мускулистые бёдра. Волосы влажные, слегка взьерошенные — только что из душа.
Он замечает меня, и взгляд скользит с головы до ног. Задерживается на секунду дольше, чем нужно. В глазах вспыхивает что-то, что заставляет моё сердце пропустить удар.
Отдохнула? — спрашивает он, подходя.
Да, — киваю я, отводя взгляд. — Спасибо. Комната очень удобная.
— Хорошо, — он останавливается рядом, и я чувствую его тепло, его присутствие всем телом.
Познакомься с отцом официально. Отец, это Валерия. Юрист из Москвы. Будет работать с Магомедом над контрактом.
Абдул кивает.
Садись, говорит он, указывая на место справа от себя. — Будем ужинать.
Сажусь на указанное место. Тамерлан садится напротив, и я чувствую его взгляд на себе, хотя не поднимаю глаз.
Патимат начинает накладывать еду. На мою тарелку отправляется гора плова, три куска шашлыка, овощи, хлеб. Я смотрю на всё это и понимаю, что не съем и половины.
Спасибо, но это слишком много, — пытаюсь я возразить.
— Много? — Патимат смотрит на меня с искренним недоумением. — Это нормальная порция!
Ешь, ешь, не стесняйся!
Но я правда не съем столько…
Почему не съешь? Что, не вкусно? — в её голосе появляются обиженные нотки.
Нет-нет, я уверена, что очень вкусно! Просто я не привыкла к таким большим порциям, в Москве…
В Москве, — перебивает она, качая головой, одним кофе питаются, небось? По три
зёрнышка на обед? Посмотри на себя — кожа да кости! Мужчине такую и в руки взять страшно, сломается!
Я чувствую, как краска заливает щёки. Тамерлан негромко усмехается, и я бросаю на него быстрый взгляд. Он смотрит на меня с откровенной насмешкой.
— Не спорь, — говорит он тихо, наклоняясь через стол.
— Всё равно проиграешь. Мама сила природы. Против неё не устоишь.
Абдул произносит что-то на местном языке — благословение, решаю я. Потом берёт хлеб, отламывает кусок, макает в соус, отправляет в рот. Это сигнал — можно есть.
Беру вилку, пробую плов. И… Господи. Это невероятно. Рис рассыпчатый, пропитанный специями, с кусочками мяса, которое тает во рту. Морковь сладкая, с лёгкой остротой. Я жую, закрываю глаза, наслаждаясь вкусом.
Вкусно? — спрашивает Патимат с надеждой.
— Очень, — признаюсь я честно. — Это лучший плов, который я пробовала.
Она расцветает.
-Ешь, ешь больше! Вот шашлык попробуй, я сама мариновала!