Что будет теперь?
Перевожу взгляд на ректора. Дракон хмурится, но сложно понять, на кого он злится. На Грегора? На меня? Или ситуацию в целом?
– Это правда, Матильда? – обращается он ко мне.
– Да, господин Ауран, – отвечаю я, не видя смысла скрывать.
Отчаяние накатывает волнами, я держусь из последних сил. Грегор отнял у меня брошь. Отнял возможность работать здесь дальше – очевидно, что ректор не простит мне обман.
Но зря я думаю, что на этом все. Грегор со мной еще не закончил.
– Думаю, Матильда немного поскромничала, – раздается издевательски-вкрадчивый голос дракона. – И еще кое-что утаила от нас.
На губах Грегора мелькает удовлетворенная насмешка. Он прекрасно понимает, о чем я сейчас думаю, чего боюсь больше всего.
Что они узнают мою последнюю тайну.
Хищник с серебристыми волосами довольно, лениво улыбается и поясняет:
– Магия, – он смотрит исключительно на меня, почти ласково. – Она так легко преодолела воздействие моего джейсара … Так что, Тиль, расскажешь нам о ней, м-мм?
Я чувствую, как краски схлынули с моего лица. Стою и молчу. По-прежнему не уверена, что стоит о ней говорить. Не знаю, чем это все обернется.
Может, я стану еще более ценной в их глазах?
– Матильда… – вновь обращается ко мне господин Ауран. – Если это действительно так, вам лучше рассказать. Вся магия на Арраксе находится в руках драконов, люди ей не владеют, поэтому…
Он умолкает, но и так понятно, что он хотел сказать.
Поэтому я для них весьма ценная зверушка.
Особенно остро ощущаю сейчас от драконов запредельную, нечеловеческую мощь. На долю секунды жалею, что у меня нет какой-нибудь защитной магии. Гоню от себя это ребячество и отвечаю:
– Я бы не назвала это магией. Просто…
– Да? – подбадривает меня ректор.
– Я очень остро чувствую силу драконов.
И после недолгой паузы тихо добавляю:
– А еще я невосприимчива к ней.
Ректор долго рассматривает мое лицо, а потом уточняет:
– Абсолютно любой магии?
– Да.
Рискую посмотреть на Грегора, и тут же жалею об этом. На его губах играет тонкая, опасная улыбка, обещающая мне так много всего.
Он понял, что его уловки по обольщению на меня не действовали, возможно, что удивлен. И уязвлен как мужчина, наверняка! Но скрывает это за злостью. Он явно не успокоился насчет меня, скорее, напротив, жаждет одержать реванш.
– Девушка принадлежит мне, – цедит он сквозь зубы. – Только я имею на нее права.
Даже так? Они собираются меня как-то делить? Или что?
Ректор переводит ледяной мерцающий взгляд на Грегора.
– Хотите, чтобы я и дальше закрывал глаза на то, что происходит? Этого не будет, лорд Аш Хар. Вы занимаешься в моей академии тем, что поручил вам император, остальное не в вашем праве, – тон господина Аурана с каждым новым словом становится все холоднее.