Это стало намного тяжелее — быть преподавателем тавельнского МУЗа. Отвечать на вопросы вроде “А каково быть парой дракона?”, нарываться на восхищённые, недоумевающие, сомневающиеся, завистливые взгляды…
Но правда в том, что я всё равно не хотела уезжать.
Старалась этого не показывать, разумеется: Дин и так шёл для меня на многое, и расстраивать его не хотелось… Но там, в глубине души, я тосковала. Понимала, что драконья столица — богатейший город мира; знала, что мне организуют отличное место работы в лучшем МУЗе страны. Но всё равно это было и ощущалось как-то неправильно.
Как бегство. Как подачка. Как потеря чего-то, что построила и сделала сама…
Я готовила бумаги для своего заместителя с тяжёлым сердцем. Я выслушивала поздравления от воодушевлённой Юльяны с кислой улыбкой. Я с грустью прощалась с учениками, ощущая себя так, будто бросаю их на полдороге.
Такие дела.
Ко всему прочему, ещё и Дин последние дни повадился проводить вдали от меня. Может, он ощущал моё состояние и не хотел находиться рядом с эмоциональной бомбой? Наверное, всё так.
У меня было очень много работы, он пропадал до самой ночи то у Алана, то у премьера, и встречались мы всего на несколько часов… Во время которых преимущественно занимались отнюдь не разговорами.
Так что я искренне удивилась, когда за два дня до нашего предполагаемого отъезда обнаружила Дина дома очень рано. И в компании подозрительно довольного Ала.
— Что вы уже успели натворить? — уточнила я.
— Почему чуть что — так сразу натворить?! — возмутился Алан. — Ты о нас слишком плохого мнения!
— Что, правда? — я насмешливо вздёрнула бровь. — Поверила бы, если бы не знала вас обоих. Это же у вас наследственное!
— Ты никогда не перестанешь шутить об этом…
— Не в ближайшие пару столетий, — ухмыльнулась я. — Мне слишком нравится называть тебя, Ал, престарелым дядюшкой.
— Эх ты, — усмехнулся сид. — А ведь я твой начальник! Никакой субординации.
— Это ненадолго, — я искренне постаралась, чтобы голос мой прозвучал легко и небрежно.
— Ну как тебе сказать, — глаза Дина таинственно сверкнули. — Два года — не такой уж и маленький срок, правда?
Я растерянно моргнула.
— Алан едет с нами?..
— Нет. Но мы — остаёмся.
Я опешила настолько, что не нашла слов: просто открывала рот, как рыба, выброшенная на берег.
— Ты не рада? — нахмурился Дин. — Я думал…
— Шутишь? — выдохнула я. — Я счастлива! Просто не понимаю. Вы ведь мне сами всё объясняли. Закон, запрещающий парам жить вне столицы, и прочие ужасы…
— Я бы всё же поспорил насчёт ужасов, — вздохнул Дин. — Император Лии, может, и весьма своеобразный дракон, но он определённо не настолько жесток и категоричен, как его отец. Он готов слушать и слышать… если считает, что в конечном итоге это станет выгодным решением для Империи.