Послышался звук легкого удара, а дальше тихий хрип Альвисса.
— Я прощал тебе многое потому, что жалел. Знаю, как ты был привязан к Астрид, и как Тьен тебя любит. Только ты уже не подросток, и должен нести ответственность за свои решения. И поверь, моё горе было не меньше твоего. А теперь я действительно хотел дать Рамине время и опору, чтобы принимать такие решения. Ты же поступил нечестно, поставив её в неловкую ситуацию.
— Уж куда честнее некоторых, кто ходит и сверлит в ней дыры своим взглядом, но и сам не берёт, и другим не даёт!
Я покраснела от этих слов. Как он вообще мог подумать о таком⁈ А тем более — озвучить…
— Я сейчас возьму ремень и выпорю тебя сам, несмотря на возраст, — император окончательно успокоился. Его голос снова стал уверенным. И сейчас он не угрожал, а информировал.
— Тогда спросите её. И если она откажется, я уеду к сиренам! — горячился Альвисс.
Я закрыла рот ладошкой.
— Вот и договорились, — припечатал император.
Затем послышались шаги в разные стороны. Я постояла ещё, чтобы меня никто точно не заметил, и прошмыгнула в маленький коридор, ведущий в мою комнату. Мне срочно требовалось серьёзно подумать.
В комнате быстро переоделась и спустилась на кухню. Все слуги были заняты праздником в основной. Точнее подготовкой закусок и напитков, которые уносили в залу приёмов, ведь бал продолжался до самого вечера. Поэтому меня никто не заметил, что позволило спокойно развести тесто и приняться за блинчики.
Споро привычными движениями я переливала тесто из половничка в сковороду, вертела её за ручку, чтобы равномерно распределить, переворачивала, снимала, укладывая на расписную тарелку и щедро поливая медовым сиропом с орешками и кусочками ягод. Одновременно с готовкой мысли успокаивались, а сердце переставало бешено колотиться.
Стопка была уже довольно приличной, когда ощутила, что на кухне я не одна. Резко развернулась в тот момент, когда как раз была в руках сковорода, о которую я и обожглась от неожиданности.
Император немедленно оказался рядом, выхватив её из моих рук и внимательно оглядывая краснеющие кончики пальцев. А потом неожиданно поднёс их к своим губам и легонько подул.
— Нужно смазать сметаной или маслом срочно. Есть что-то такое тут?
Я растерянно указала на бочонок, что стоял на столе. И император сам зачерпнул оттуда порцию свежей сметаны, размазывая осторожно по моим пальчикам. Мои щёки сразу вспыхнули, а боль от ожога отошла на второй план. Но это и не было удивительным, всегда так реагирую на него. Может, потому что не привыкла общаться с мужчинами? Альвисс же был для меня не столько мужчиной, сколько другом, наверное, поэтому с ним гораздо легче.