Ныряльщик вцепился в веревку и задрожал.
— Помогите ему! — скомандовал лейтенант.
Соотечественники волонтера принялись пихать несчастного в шею и плечи лопастями весел. Ныряльщик цеплялся за веревку и упирался.
— Та щас, — пригрозил узколицый волонтер, свирепея. — Ну-ка, хадюкин нахсын…
Весло огрело ныряльщика по макушке, несчастный булькнул и ушел под воду.
— Ты, скот, если ударил с избытком, сразу следом пойдешь, — предупредил лейтенант.
— Не-не, я в меру, нах, — поспешно заверил узколицый на своем едва понятном варварском английском.
Наступил томительный миг тишины: неподвижно замер катер, вглядывались в воду люди, мутное солнце клонилось к тростниковому горизонту… Даже птицы примолкли. Лишь изредка между кувшинок и тростников пробегали неширокие пятна водной ряби — абсолютно необъяснимой с точки зрения полнейшего отсутствия ветра и течения. Лично я был склонен принимать эту шалость природы за игру стаек мальков, хотя Док утверждал, что рыбы здесь вообще очень мало. Может какой-то оптический обман и это отражение на воде редких облаков? Ну и наплевать, здесь Новая Африка, тут не до поэтических наблюдений…
…Когда по левому борту вспух и лопнул пузырь болотного газа, все вздрогнули. Все, кроме лейтенанта Келлога, разумеется.
— Что-то он долго… — нервничая, Док достал часы.
Под кормой плеснуло, показалась бритая голова волонтера, он отчаянно хватал воздух раскрытым ртом. Показал нам тонкий кусок лианы.
— Туго нах. Хмлярасковыряешь. Ошупьюх.
— Вот и ковыряй поживее, — ободрил лейтенант. — Вам до темноты лучше успеть.
Ныряльщик застонал и нырнул…
Снова томительная тишина. Где-то в отдалении коротко вскричали уставшие за день птицы, неподвижной стеной застыл тростник на островках. Под кормой булькнуло, всплыл обрезок лианы, неспешно погрузился обратно в пучину…
— А недурной ныряльщик этот долговязый, — отметил Док, следя за секундной стрелкой своего хронометра. — Пожалуй, стоит поощрить дополнительной дюжиной галет, так, лейтенант?
— В гарнизоне он получит все, что ему причитается, — буркнул Келлог. — Сейчас же я никому не советую отвлекаться от де…
К корме принесло очередное пятно ряби и внезапно грязная жижа словно взорвалась. На миг мы увидели под расступившейся водой спину ныряльщика: сорочки на ней уже не было, костлявые позвонки резко выступали над плотью… Вода забурлила, скрывая эту на редкость худую спину, я с опозданием сообразил, что и плоти на человеке поубавилось, потому-то так торчат бело-розовые кости на съеденной спине…
— Отгоняйте его! — в ужасе завопил Док.
Кого «его» мы даже не пытались понять, я ударил древком багра, гребцы веслами, один из волонтеров схватился за свою пику… Казалось, мы бьем в кисель — было ли что-то еще в болотной воде и иле, сказать трудно. Захлопали револьверные выстрелы — лейтенант расстреливал болото под кормой «Ноль-Двенадцатого». На третьем выстреле оружие дало осечку, наш командир провернул барабан и продолжил…