В последнее время она и сама ощущала, что стала слишком подозрительной. Многие называли подобные мысли паранойей. Казалось, кто-то следил за ней из тени, шаг за шагом подбирался ближе, чтобы наказать за то, что она нарушила баланс. За то, что она сбежала из мира холода и ветров и дерзко назначив себя богиней.
Абсолютный вздор. Никто и никогда не следил за подобным. Если Хранитель сумел вырваться за свои пределы и вознестись — честь ему и хвала. Если же нет — его удел, оставаться в Хранителях до конца времён, пока не получится. Так было и будет всегда!
И почему я, Великая Морана, должна кого-то бояться? Богиня резко выпрямилась, и губы тронула надменная усмешка. Она сделала себя сама. Пусть и гнусными методами, но добилась желаемого. Победителей не судят! И никакие попытки разума не смогут заставить её сожалеть о содеянном!
Морана провела холодными ладонями по лицу, успокаивая собственное дыхание, и хищно улыбнулась. Да, она была молода и неопытна по меркам старших богов, но сумела заставить себя уважать. Те немногие, кто осмеливался явиться к ней на встречи, не скрывали удивления и даже признавали её силу. Особенно потому, что в последнее время процесс появления молодняка среди богов заметно замедлился.
Никто толком не понимал почему. Одни считали, что Хранители стали осторожнее, их знания выросли, и теперь они яростнее боролись за ресурсы, мешая друг другу. Другие полагали, что энергия, вырабатываемая мирами, начала иссякать, а значит, грядут тяжёлые времена. Если это действительно так, то в скором времени могла вспыхнуть Великая война богов, война, способная положить конец всему живому, что существует под их началом.
Впрочем, это была очередная байка. Боги любили пугать друг друга подобными историями. Однажды ей о грядущей катастрофе говорил Крион — бог вечных льдов и северных бурь, властитель ледников и высоких пиков. Он был одним из новичков, таким же, как и она сама. Его слова всегда звучали тяжеловесно, словно приговор, но за столько лет так ничего и не случилось.
Тогда Морана лишь усмехнулась. Как бы смешно это ни выглядело, но даже для неё, богини зимы и смерти, было неожиданностью узнать, что у богов существуют собственные пантеоны, свои союзы и противостояния. Словно они ничем не отличались от смертных, только масштабы игр были несравнимо выше.
Забавно, что Крион объявился не сразу, а лишь тогда, когда Морана уже прочно встала на ноги. К тому моменту она успела подмять под себя десять миров, которые исправно снабжали её стабильным потоком божественной энергии. Она чувствовала себя хозяйкой собственной судьбы, и именно в этот момент в её жизни возник бог ледников и бурь.