Я с улыбкой кивнул. Пусть, пусть расслабится, разговорится.
— Она связанная лежит, без сознания. Девчонка узнала его, что-то кричала про дядю, и мне сказали её… то есть, кха-кха!.. — он заволновался, снова задрожав, — Они её сами стукнули, чтоб успокоилась. Да-да.
— Ты её стукнул?
Тот заплакал и так замотал головой, что мне стало жалко его шейные позвонки. По иронии судьбы, из таких вот слизняков с продажной душонкой всегда получались отличные артефакты для некроманта, а позвоночник так вообще разбирался на ура.
Я усмехнулся. Век предателей везде короткий, а участь незавидная. Но на самом деле тёмная магия просто обожала предателей… Точнее, ингредиенты на их основе. Из крови и мозгов предателей получались лучшие зелья для допросов, их глаза и уши шли в состав шпионских артефактов, а их язык…
Впрочем, что-то я задумался.
— Как зовут послушника?
— Меня Потап зовут…
— Тот, последний из ваших…
При слове «последний» этот опять захныкал, но пролепетал:
— Федо-о-от…
Я почувствовал, что это правда.
— Из какой вы школы, кстати?
— Вторая Малая… магическая… Ты убьёшь его? — вдруг спросил хлюпик.
— Кого? Федота?
— Этого лучевийского мага!
— Прочитаю проповедь. Когда он сам поймёт, что натворил, тогда его сердце не выдержит.
— Ты ведь бросс, да? Огромный, я слышал о вас… А ведь они говорили что-то там про броссов! У них есть оружие против тебя… — голос послушника снизился до свистящего шёпота, — Стра-а-ашное!
И он стал рассказывать, что лучевиец — настоящий тёмный маг, он такого впервые увидел. И что посох у него очень страшный, бьёт и тёмной магией, и огнём, и огонь это такой, что у человека сразу сгорает половина тела.
— Зачем стражников убили? — неожиданно для себя спросил я, да ещё с укором.
Тот сразу нахмурился.
— Я не убивал! Нет, нас заставили… то есть, нет, он же сказал, что заберёт нас с собой… то есть… — послушник расплакался и вдруг прильнул к моим ногам, — Ты же никому не расскажешь, да? Я тебе всё рассказал… Вот, золото возьми!
Этот тоже вытащил два золотых. Что ж вы, юродивые, все родной Солебрег за два золотых продали?
Хотя, думаю, они могли и не знать до встречи со стражниками, на какую авантюру подписались.
Едва эта мысль появилась у меня, как я дал вымышленному Малушу по рукам. А ну-ка, иди в расщелину со своей совестью, я не нанимался исправителем судеб малолетних кретинов. Тем более, этот принцессу Дайю пристукнул, уже этого достаточно, чтобы наказать.
— Слушай, — вдруг зашипел послушник, так и ёрзая на коленях, — А ты скажешь, что спас меня? А? Связанного нашёл… Я тебе ещё и пилюли дам, пилюли воздуха.