Крик оборвался с отвратительным влажным хрустом, когда Спектр упал к подножию башни-Сестры.
С высоты в 182 метра.
Несколькими минутами ранее.
— Делайте! Делайте хоть что-нибудь!
— Мюрелло! — выкрикнул Череста, — Мы делаем все, что можем! Сейчас подвезут сварочные аппараты, мы разрежем преграду и выручим госпожу!
— А если ее уже убивают⁈
Все закинули голову, вверх, к блестящему поясу ресторана, за стеклами которого их хозяйка ввязалась в противостояние с опасным убийцей. Самым опасным и жестоким убийцей страны.
«Не видно. Ничего не видно. Откуда можно увидеть? Башня. Вторая башня. Увидеть можно. Нельзя. Далеко. Нужна оптика. Бинокль. Подзорная труба. Можно увидеть. Помочь нельзя. Выстрелить. Выстрелить можно. Попасть нельзя. Триста метров. Далеко. Попасть нельзя. Нель…»
Лихорадочный поток мыслей, смерчем крутившихся в голове Мюрелло, остановился. Он увидел ВОЗМОЖНОСТЬ.
Телохранитель выпрыгнул из автомобиля и бросился к двери магазина, возле которого они стояли.
Заперто. Плевать.
Револьвер. Несколько выстрелов. Падает стекло витрины магазина. Внутрь.
Через минуту Мюрелло вылетел из оружейного магазина и бросился к соседней башне-Сестре.
В руках он сжимал охотничий карабин с оптическим прицелом. О котором, и о том, как такие карабины используют в другом мире, ему когда-то давно — несколько дней назад — рассказала госпожа Эллинэ.
Кристина сидела на пороге автомобиля, катала во рту медленно растворяющуюся успокоительную пилюлю, со вкусом мела и сахара, и смотрела остановившимся взглядом на прямоугольники брусчатки под ногами.
Спектр был мертв. Его тело уже увезли в морг, и сейчас Череста объяснял, что произошло, начальнику столичной полиции. Разумеется, никто не говорил о том, что здесь сама госпожа Эллинэ в героическом, мать его, противостоянии одолела самого известного преступника. Нет, все гораздо проще: рекомая госпожа прогуливалась мимо башни — да, в семь утра, у богатых, знаете ли, свои причуды — когда прямо перед ней упал на землю человек. То ли несчастный случай, то ли самоубийство… что вы говорите? Полковник Грам? Тот самый полковник Грам? Какой ужас, ни в коем случае не говорите этого госпоже Эллинэ, она и так в шоке! Слабая женщина, что вы хотите…
«Слабая женщина» тем временем потащила из глянцевой картонной коробки очередную пилюлю.
— Дай сюда! — Мюрелло отнял и уже полупустую коробку и пилюлю. Кристина проводила ее печальным взглядом. Жестокий Мюрелло…
— Мне надо успокоиться.
— Успокаивайся.
— Без пилюлек не получается.
— А с ними тем более не получится. Сколько ты уже съела?