Почему-то принцесса не захотела на потехе толпе танцевать, даже учитывая, что это был Аки. В итоге, так и не найдя ее глазами, Кира выхватил Тай Ли из толпы и довольно быстро смог завести толпу. По началу принцесса думала, что неплохо было бы тоже потанцевать, но она смотрела на толпу и на людей, спокойно веселящихся там, на потные тела, которые терлись друг об друга, на душность помещения и отчетливый запах пота, который заполнил помещение, и как-то ей стало прямо противно.
Наверное, в другой ситуации она бы и могла присоединиться, но не сейчас. Не получилось забыться, ее мысли достали ее. И, взяв со столика нечто алкогольное, она пошла бродить по дому, подсвечивая себе путь рукой. Аки одним махом потушил вообще все свечи, которые тут были.
Вообще, откровенно говоря, она искала тут что-то типа балкона, чтобы в тишине посмотреть вдаль и подумать. Может, так и получится решить хоть что-то, чтобы насладиться вечером.
Вот только вместо балкона она натолкнулось на другое.
Портрет.
Ее портрет. Очень хорошо нарисованный и с подписью, которая гласит: «Мэй».
То есть Ли это… Чан?
Азула шла по дому в чувствах. В абсолютно непонятной гамме чувств и ощущений, потому что происходящее она не до конца понимает. Единственное, чего она хочет, это найти Чана и, приставив его к стене, выпытать из него все.
Хорошо, что поиск занял времени больше, чем одна минута, и поэтому первый гнев сошел, и она успела слегка сосредоточиться и понять, что действовать надо аккуратно. Ладно, по крайней мере не пытать и не давить сильно. Но узнать. Узнать все у него.
Ладно, хотя бы почему ушел тогда. Почему бросил ее.
Аки все еще был посреди толпы и что-то там устраивал, судя по его голосу, который разносится по всему залу. Явно без магии воздуха не обошлось. Впрочем, сейчас Азулу мало интересовали конкурсы.
Чан нашелся на балконе, стоя и раскуривая какую-то трубку, которую, видимо, украл у отца.
— Хм? — перевел он взгляд на нее. — Ча-ан, — якобы улыбаясь, произнесла Азула, те, кто хорошо ее знают, сказали бы, что кому-то настанет пиздец, — я бы хотела поговорить об одной вещи. — Да, я слушаю, — повернулся он, облокотившись локтями на перила и улыбнувшись самой своей лучшей улыбкой. Как он думал.
Азула на это лишь сжала челюсти и тоже подошла к перилам, положив на них руки. Честно говоря, как начать этот диалог, она не знала. Впрочем, «Ли» давно нет, даже если это не Чан, люди имеют свойство расти, тем более она и сама далеко уже не «Мэй». Что же, а если это и в самом деле Чан, то «Ли» умер где-то там будучи еще мальчиком.