Парень хотел достать из саркофага хоть какое-то оружие, рассчитывая минимум на берцовую кость в качестве дубинки. Однако там было обнаружено нечто большее — в цепких костяных лапках покойника лежал… двуручный меч. Немного не такой, к которому он привык, но вполне подходящий под известную ему технику.
— Прости, приятель, — произнес Соколов, непонятно зачем обращаясь к покойнику, словно что-то на уровне подсознания побудило его так поступить. — Я позаимствую ненадолго. Сейчас эту шваль разгоню и верну.
Схватил меч.
Повернулся.
И замер в легком ступоре. Потому что к нему медленно и осторожно приближались скелеты. Чистенькие такие. Беленькие. Только огонь в глазницах горел зеленый, да мечами они весьма недурной сохранности покачивали.
Замешательство Всеволода длилось недолго. Приняв стойку «правый бык», он перешел в наступление. Баланс меча был непривычен. Но в целом он почувствовал себя словно на тренировке. Разве что сдерживаться было не нужно.
Вообще.
Никак.
И это невероятно радовало!
Наконец-то!
Его противниками были скелеты. Всего лишь скелеты. Да, довольно активные, но слишком легкие. А масса — великая вещь!
Удар клинка первого противника он принял на свой меч вскользь, почти не ощутив. Быстрый удар, но слабый. Принял и пнул врага ногой, продолжая продвигаться по инерции. А легкая «тушка» противника отлетела на несколько шагов назад. Хотя, конечно, какая тушка у скелета? Так — костяк, остов. Впрочем, психологически парень воспринимал их как партнеров по спаррингу, этаких «переодетых» людей.
Круговой мах.
Подшаг.
Переход в классическую стойку — «плуг».
Клинок устремлен в лицо противника.
Атака. И неудачливый скелет потерял голову. В прямом смысле слова.
Новый подшаг. Переход в стойку, известную как «хвост». И сразу атака, отрубившая двум скелетам ноги.
Подшаг. Круговой мах, задевший одного не очень осторожного противника. Но не смертельно, как бы глупо это ни звучало по отношению к скелетам…
Минута. Всего минута прошла с начала боя, как Сева разметал эти костяшки тяжелым боевым клинком. Еще попутно и увернулся от пары заклинаний, брошенных в него «балахоном». Одна беда — снова увлекся. Когда этот незнакомец попытался наброситься на Всеволода с кинжалом сзади, парень действовал на автомате.
Шаг в сторону. Поворот. Удар крестовиной. И череп этого «балахона» оказался пробит перекрестьем эфеса. А злодей вздрогнул и обмяк, норовя вырвать клинок у Всеволода из рук.
Рывком освободив оружие, парень скривился, но промолчал. Как бы это глупо ни звучало, но убивать «балахона» он не хотел. Во всяком случае, до тех пор, пока не расспросит о том, что здесь вообще творится. А тут такая подстава…