— Наконец-то! — воскликнул незнакомец в черном сальном балахоне. — Удалось! Крепкий и здоровый.
— И спокойный, — добавил его напарник. — Интересно, он тупой или действительно спокойный? Эй? Мясо! Ты чего не кричишь и не дергаешься?
Всеволод даже ухом не повел. Он прекрасно их понял почему-то, но отвечать не спешил. Отзываться на «мясо» было обидно и глупо.
— Он нас что, не понимает? — удивился первый «балахон». — Так должен же. Я делал привязку в поисковое плетение, чтобы ему передать моргарский язык. — Эй! Ты глухой? Я сейчас тебя поджарю огнем! — воскликнул этот незнакомец в балахоне и на вытянутой вперед ладони, укрытой кожаной перчаткой, возник огненный шар… Только огонь был каким-то черным. — Как ты тогда заговоришь?
— Бегло, полагаю, — ответил Всеволод максимально спокойным тоном. — Налегая на неформальную лексику и оскорбительные выражения.
— Чего? — переспросил второй «балахон», но, несколько секунд повисев в задумчивости, прорычал: — Так он издевается! — И, в свою очередь сформировав огненный шар, попытался кинуть его во Всеволода. Но его остановил первый. Толкнул. От чего шар улетел непонятно куда, бездарно оплавив каменную стену склепа.
— Тело испортишь!
После чего они оба синхронно начали заниматься своими делами, потеряв всякий интерес к Всеволоду. А тот стал осматриваться, держа марку, разумеется, то есть максимально невозмутимо. Его серьезное увлечение историческим фехтованием, конечно, отнимало много сил, но он имел неплохое образование и большой кругозор. А главное, как и многие его сверстники, он читал фантастику самого разного толка в изрядном количестве, из-за чего психика у него была весьма адаптивной. Пожалуй, даже увидев дракона, торгующего хачапури на Красной площади, Всеволод воспринял бы это как должное. Мало ли какие трудовые мигранты едут в Москву?
Вот и сейчас получилось избежать критического стресса. Минуту назад он шел по парку. А теперь стоит на крышке саркофага посреди склепа. Рядом же, если не считать этих незнакомцев в черных балахонах, находились пятеро пока живых и три совсем свежих трупа. Вон один доходяга своими длинными ушками как стрижет. Таких у людей не бывает. А значит, что? Правильно. Какая-то ушастая разновидность гуманоида. Может, эльф. А может, здесь о выдумках одного английского профессора и не слышали. И так далее. Все разные. Все интересные.
Больше всего внимание Всеволода привлек здоровый мужчина в цепях. Плотная красная кожа. Короткие крепкие рога, пробивавшиеся из гривы густых черных волос. Длинный гибкий хвост с кисточкой. И четырехпалые руки. К нему-то как раз эти двое и подошли, держа какой-то странный кинжал с каменным клинком.