Но Чернышёв знал одну из самых главных военных мудростей. Нельзя нарываться на людей, которые только что одолели врага, надеясь взять их, пока они ослаблены. Они не ослаблены, а ожесточены, поэтому они размотают любого, кто попробует сунуться к ним или попытается как-нибудь их задеть.
И самое нехорошее, что он увидел, как у командиров местного гарнизона, причём, не только у тохаров, но и у тех, что набирали из аристократических семей, сжались кулаки, а из глаз так и пышет ненависть. Ещё одно неверное движение кого-то из них, и может реально произойти бунт. А вот за такое в кресле он точно не удержится.
Необходимо было срочно принимать меры. Причём, радикальные. И Чернышёв, как бы ни противоречило это его предыдущим договорённостям, стал действовать.
Сначала он подошёл к Креславу, улыбнулся и пожал старику руку.
— Я благодарю вас лично и всех ваших людей за то, что помогли городскому гарнизону остановить прорыв демонов. Я лично доложу о произошедшем императрице, — проговорил он, стараясь не смотреть в сторону Ермолова, который вообще в лице изменился после этих слов. — Прошу лишь пустить следователей в ущелье, чтобы они могли проделать свою работу и собрать все необходимые доказательства для подтверждения невиновности наших военных.
— Да, пожалуйста, — буркнул глава Рароговых, сделав широкий жест в сторону усеянного трупами ущелья.
— Благодарю вас, — кивнул Захар Григорьевич и обернулся к Паскевичу. — Иван Фёдорович, простите за произошедшую неувязку, некоторые из нас оперировали недостаточно достоверной информацией. Сами понимаете, как бывает, когда прорывы и данные льются со всех сторон.
— Знаю, конечно, — кивнул Паскевич и только теперь опустил руки, протянутые для наручников. — Мы тут обладали более актуальной информацией.
— Вот именно, — проговорил Чернышёв, радуясь, что сумел немного притушить конфликт, и наблюдая за тем, как разжимаются кулаки командиров. — Так бывает, хорошо, что всё удалось вовремя разрешить. Могу сказать одно, — на этих словах он повысил голос и обвёл глазами всех собравшихся. — Судя по увиденному мною, саботажем приказов и изменой государству тут и не пахнет. Скорее, обычное недопонимание подразделений. Но по этому поводу будет проведено внутриведомственное расследование. И я вас уверяю, — тут он глянул на представителей Тайного сыска, — мы сами вполне в состоянии его провести.
И тут он улыбнулся ослепительной улыбкой.
— Но нас же вызвали, как мы теперь будем отчёт писать? — возразил ему представитель Тайного сыска.
— Послушайте, — ещё шире улыбнулся Захар Григорьевич. — Если нам вдруг понадобится помощь Тайного сыска, мы вас обязательно об этом уведомим! Но на данный момент я вижу, что никаких серьёзных нарушений мои подчинённые не допустили, поэтому напишите, что произошла досадная ошибка в связи с неполным информированием сторон.