У Томаша Вишневецкого была самая сильная команда. И Витольд Гануш по праву считался самым лучшим.
Томашу было наплевать на деятельность «Наследников…», на еретиков, колдунов и ведьм. Его привлекала власть. То, что он узнал про свойства спрятанной реликвии, которые иначе, как волшебными, назвать было нельзя, должно было помочь ему в карьере. С его помощью он хотел стать, как минимум, кардиналом. А эта святыня, если не врали манускрипты, решила бы все его проблемы. В конце шестнадцатого века реликвию передал в Польшу Мнишекам сам Папа Римский для захвата Московии. И ведь это им удалось! Если бы Мнишек, отец Марии, ставшей русской царицей, не отдал реликвию на хранение слуге, который во время бунта московитов-разбойников сбежал с ней в дремучие леса, лишив поддержки Лжедмитрия, кто знает, как бы повернулась история?
Глава 3.
Переславль. Конец августа 1981 года.
Устиновские пироги.
— Привет, Антошка! — радостно заорал Денис Устинов и, раскинув руки в стороны, шагнул мне навстречу, намереваясь немедленно и бесповоротно меня заключить в свои объятия. — Ты куда подевался, пропащая душа?
Я стоически вытерпел его обжимания с лобызаниями. Видимо, сильно соскучился оперативник по общению со мной. Или его заставили соскучиться. Почти два месяца не виделись. А вот куда я подевался, ему знать совсем не стоило. Всё-таки он прежде всего сотрудник КГБ, и только потом уже мой добрый приятель. Да и приятель ли? Хотя его аура враньём-желтизной не отсвечивала, стало быть, не врал товарищ майор, радостно улыбаясь мне во все тридцать два ослепительно белых зуба.
Как только Денис ослабил объятия, я демонстративно глубоко вздохнул и недовольно буркнул:
— Ты мне все рёбра погнул.
Потом улыбнулся и хлопнул в ответ его руками по плечам:
— Здорово!
И добавил:
— Занят был. Суета всё, понимаешь…
Денис бросил взгляд на моего серо-стального «Росинанта», стоящего рядом на обочине, кивнул:
— Нормально? Бегает?
— А что ему будет? — ответил я вопросом на вопрос. Еще бы он не бегал! В районе, где я обживался почти полтора месяца, нашелся и рукастый автомеханик, и мастерская со всеми ямами-подъемниками. Это в городе чтобы попасть на станцию техобслуживания, надо было иметь либо хорошие связи, либо большие деньги.
— Я смотрю, ты тоже не пешком, — я махнул рукой в сторону его «жигулей» и передразнил. — Бегает?
— Бегает, — согласился Денис. — Только вот, если помнишь, это ж не моя. Тестя моего машинка. Ну что, идём?
— Идём!
Мы сели на открытую веранду кафе «Льдинка». Денис скинул пиджак, ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Несмотря на летний зной он был в традиционной «форме» советского контрразведчика — обязательный костюм, галстук, рубашка, застегнутая на все пуговицы и черные, начищенные до блеска туфли.