— Что тебе привезти? — спросила она.
— Красивую футболку и большую ракушку, — попросил я.
Кстати, на посадке в поезд выяснилось, что в санаторий от завода едет она не одна, а еще двое сотрудников: один с семьей, а другой с отдела снабжения, упитанный дядечка лет сорока ехал один. Правда, билеты у них у всех были в плацкартный вагон. Провожая maman, я заметил, какие взгляды бросал в неё этот самый 40-летний попутчик.
— Смотри-ка, он на тебя глаз положил, — сообщил я родительнице, занося сумки в купе. — Заметила?
— Да ну тебя! — maman покраснела. — Всё, иди! Долгие проводы, лишние слёзы.
— Ты сам-то как? — я попытался перехватить у Дениса инициативу беседы. — У тебя-то как дела? Как семья? Жена?
Денис замялся.
— Да нормально, — пожал он плечами. — Всё как всегда, обычно, без изменений. Работаю, в отпуск не пускают…
— Хочешь, я посодействую? — предложил я.
— Нет, не надо, — отмахнулся Денис. — Неправильно поймут.
— Ну, как хочешь…
— Ты в институт поступил? — поинтересовался Денис.
— Ага, — кивнул я и пошутил. — В МГУ на юридический. А ты думаешь, где это я пропадал!
— Что? — Денис подскочил, даже изменился в лице. — В МГУ?.. Это ведь в Москву?
Я осклабился, засмеялся:
— Шучу. В сельхоз, в «школу дураков», на лесотехнический факультет на заочку.
В простонародье наш областной сельскохозяйственный институт обидно прозывали «школой дураков». Исключительно из-за того, что принимали туда всех, даже с «тройками». А если не мог на экзамене даже на «тройку» ответить, то всё равно ставили «удовлетворительно» и принимали. А студентам-троечникам даже платили стипендию, целых 40 рублей. Специалистов на селе не хватало со времен Хрущева.
Денис скомкал салфетку и в сердцах швырнул её в меня и потребовал:
— Рассказывай!
— Что тебе рассказывать? — пожал плечами я. — Подал документы на заочное отделение, сдал три экзамена. Что еще?
— Ну, почему в сельхоз? — с досадой в голосе воскликнул он. — Да еще и на заочку! У тебя в аттестате одни «пятерки» были! Я ж тебе обещал любой вуз на выбор! Без экзаменов! А ты…
Он вздохнул и огорченно махнул рукой. Объяснять причины своих действий я не стал. Это было бы лишним. Подать документы в сельхозинститут на лесотехнический факультет, сокращенно лестех, меня уговорили лесник Василий Макарович и директор лесхоза Мамаев Димитрий Михайлович. Дескать, государство всё равно не позволит мне «валять дурака», тунеядствовать и прочее. Рано или поздно кто-нибудь да начнёт задавать «лишние вопросы».
Поэтому директор лесхоза оформил меня помощником лесника на 0,5 ставки, определив меня в подчинение к Василию Макаровичу и очертил мне зону ответственности: лесной массив вокруг села Коршево и деревень Бахмачеевки и Кочары. Василий Макарович, присутствовавший при процедуре оформления меня на работу, хихикнул, заметив: