Сигнал был принят и вызвал бурю не только в санатории, который почти по всем критериям соответствует курорту, но и по всем Мальдивским островам.
Перед тем, как оформиться в санатории, Аркадий посетил здание Республиканского Совета ЮМССР, посетил рыбный комбинат, прочитал речь в местной школе, в которой собрался исключительно преподавательский состав и административные работники Мале, а затем зашёл на базу ВМФ СССР, где посмотрел на современные корабли и прочитал речь морякам Тихоокеанского флота.
Но и в санатории спокойно заселиться в номер не дали — как выяснилось, была подготовлена специальная программа для встречи, в ходе которой ему пришлось не только посмотреть на творческую самодеятельность персонала санатория, но и даже немного поучаствовать в ней.
А к вечеру, когда он уже изнемогал от переедания, его, наконец-то, оформили и отпустили отдыхать.
Зато следующие четыре дня он проходил диагностические процедуры, электрофорез, занятия по лечебной физической культуре и перешёл на диету № 10.
— Я здесь только ради песка, — сказала Фаина.
Судоплатов посмотрел на Немирова.
— Дай угадаю, — попросил Аркадий. — А у товарища Немирова песок всегда с собой, да?
— Ха-ха-ха!!! — рассмеялся Павел.
— О, да вы остряк, товарищ Судоплатов! — улыбнулась Раневская. — Ох, сегодня нужно выполнить норму по загару…
Немиров посмотрел на безоблачное небо и, в очередной раз, отметил для себя, что здесь небо будто совсем другое.
Судоплатов и Раневская пошли обратно на пляж, а Немиров присел на лавку, в тень здоровенного пластикового зонта.
— Эй, Игорёк! — позвал Аркадий, поедающий мороженое, младшего внука Судоплатова.
Одиннадцатилетний шустрый малец, до этого накачивавший насосом надувной круг, резво примчал к нему.
— Вот тебе рубль, — протянул ему пластиковую купюру Немиров. — Смотайся-ка во-о-он к тому ларьку и купи мне бутылочку «Марфа-Колы». Двадцать копеек себе оставь, за ноги. Только чтобы тихо и мигом!
— Ха-ха, я сейчас! — улыбнулся Игорь и спокойно пошёл к ларьку.
Аркадию нельзя газировку, врачи запрещают строго-настрого, поэтому приходится изворачиваться…
— Вот, деда, — вручил Игорь бутылку газировки Аркадию.
Приятно пшикнула пробка и Немиров сразу же приложился к бутылке. Игорь же начал есть шоколадное мороженое, купленное на «гонорар».
Аркадий откинулся на спинку лавки и вновь посмотрел на флаг Советского Союза, развевающийся на морском ветру.
«Мало у меня знакомцев из прошлой эпохи осталось», — подумал он с сожалением.
Мария Константиновна Бострем, сыгравшая немаловажную роль в жизни Аркадия, умерла от сердечного приступа в январе 1949 года — наследников у неё не было, поэтому она завещала все свои деньги и имущество в фонд борьбы с большевизмом. Она не смогла принять новую реальность, поэтому осталась верна своему неприятию.