Марина кивнула и двинулась вверх по тропе. У пещеры мы задержались на несколько минут, пока девушка укладывала в рюкзак пластиковые фляжки с водой.
Но едва мы выдвинулись на тропу, Марина отпрянула назад, подняв мгновенно руку вверх и заваливаясь на правую сторону от валуна. Я, естественно, откатился влево и оглянулся на девушку.
— Не знаю, — негромко проговорила она, — ветка качнулась на другой стороне.
Я стянул рюкзак и, добравшись до кустов, осторожно выглянул, про себя хмыкнув. Как с такого расстояния она могла что-то увидеть?
— Может, показалось? — я оглянулся, глядя на Марину.
Она отрицательно мотнула головой и, достав бинокль, медленно отползла к скале. Через минуту я услышал в наушниках её удивлённый голос:
— Напротив, стоит прямо на тропе. И очень странные манипуляции производит.
Я достал прицел, направил в нужном направлении и замер от неожиданности.
Неизвестный сидел на корточках посреди тропы, в самом её начале. Я разглядел на нём белые брюки, заканчивающиеся чуть ниже колен, — решив, что на незнакомце бриджи. И, скорее всего, джинсовая курточка белого цвета без рукавов, надетая нараспашку на голое тело. Кроме того, на костюме незнакомца всюду были вышиты разноцветные фигуры: треугольники, квадратики, кружочки. Бедлам, да и только. Голова человека была выстрижена, по-видимому, под тарелку. Причём под десертную, а всё лицо покрыто татуировками. Конечно, убедительно я этого не мог сказать — может, и просто разукрашена чёрной краской, но издали выглядело именно так.
Незнакомец периодически наклонялся вперёд, оставаясь в таком положении несколько секунд и снова выпрямляясь, замирал неподвижно.
— Док, — услышал я голос Марины, — он молится.
Ну да, как я сразу не догадался, глядя на его телодвижения. Стоит на четвереньках и молится. И что за хрень?
Я щёлкнул тангентой.
— Марина, можешь что-то объяснить?
— Молится, — повторила она, — может, озеру или ещё чему-нибудь. Какой-то абориген, лицо в татуировках, костюмчик так вообще диагноз.
— Это я вижу, и что это может означать?
— Могу сходить спросить. Глядя на его одежду, можно решить, что цивилизация до него дошла, — она хихикнула, — оружия у него никакого не наблюдаю, даже ножа не видно.
— Может, сзади, а может, он и не один, — возразил я.
Девушка выкарабкалась из кустов и, облокотившись на валун, произнесла:
— Так мы тут до вечера просидеть можем, он явно никуда не торопится.
Я кивнул.
— А рации у нас до десяти километров. Сидим, ждём, наблюдаем.
— Док, это какой-то дикарь. Общение он явно имел, язык жестов наверняка тоже понимает, а может, какой-то язык знает. Расспросим, узнаем. Может, тут резервация какая-то или миссия ООН, или «Врачи без границ», или что ещё.