— Нас скорее всего видели издали, хотя летели мы сюда внешне безлюдными местами, да и дракониды живут довольно замкнуто — чужаки здесь еда. Но лучше по возможности хранить нашу тайну, — ответил я, вставая на одно колено за зубцом и оставляя вместо себя динамическую иллюзию. Движение в ней правда всего два: может плечами повести, а может башкой покрутить, но тут в принципе заморачиваться сильнее и не нужно. — Тилль, за зубец тоже давай, не тупи. А потом пригнувши на драккар. Ходу, ходу!
Моё начинание тут же подхватили остальные вирдманы, и вскоре вал остались охранять только копии. Мы же благополучно забежали в пещеру, запрыгнули на драккары и начали сваливать по одному с разрывом примерно в минуту. Невидимость — хорошая штука, но в основном когда ты один. А вот для коллектива она уже не так удобна и чревата всякими глупыми и идиотскими инцидентами. Нам же столкнувшиеся в воздухе корабли не нужны. А так: вылетели из пещеры, набрали высоту, отлетели на север, приводнились, сняли маскировочное заклятие. Все счастливы и довольны. Ну кроме Йоргена, он бы всё-таки ещё золотишка прихватил.
Оказавшись вдалеке от острова, корабли выстроились в караван, и хирдманы налегли на вёсла, а вирдманы приманили ветер в поднятые паруса. От Драконьего архипелага хотелось уйти как можно скорее, чем мы и занимались следующие три дня и три ночи. На этом я посчитал, что удалились мы достаточно, и гребцы могут немного передохнуть. Поздним вечером же мы впервые пристали к берегу, благо ещё на пути сюда приметили удобную бухту с горной речкой, впадающей в море. Там можно было нормально разогреть пищу… Наши тела продолжали перестройку и постоянно требовали покушать; одной солониной же сыт не будешь. По хорошему, нам бы, конечно, никуда бы не дёргаться, сидеть спокойно у трупа дракона и отъедаться. Только вот мы не в идеальном мире живём. В любой момент мог нарисоваться ещё какой-нибудь гигантский ящер, только драться с ним пришлось бы на его условиях. Или удачливый владыка неба занял бы пещеру своего дохлого сородича — пришлось бы выманивать и его. Но зато теперь мы вроде бы были в относительной безопасности, плотно поели горячего и, распределив караулы, собирались отходить ко сну.
Однако перед этим Гринольв пригласил меня с учеником на занятый им драккар, и, слегка прогулявшись, мы вскоре вместе смотрели на россыпь золотых монет эльфийской чеканки. Я приподнял бровь и поинтересовался:
— Надо думать, лежало поверх остального золота?
— Тут и думать нечего, — нахмурился Альвбранд. — Уроды.
— Но хитрые, — проговорил Гринольв, располагаясь на одном из ящиков и доставая чайный набор. — Дракон не признается, они сами тоже. Да и эльфийское золото к уничтожению флота морских змеев швартовым канатом не привяжешь. Мало ли где ящер его взял — может, эльфийский корабль какой потопил, и вообще они собратья по несчастью.