— Не переживай, не впервой, — прервал мои размышления Бран, устраивавшийся рядом. Мой коллега-вирдман и полуэльф, только родившийся на юге и попавший в нашу дружную компанию во Френалионе. — Могу кстати тебе голую кошкодевку наморозить, чтоб не скучал.
— Иди к йотунам, — беззлобно хмыкнул на подначку рыжебородый здоровяк, у которого было аж три кошкожены, старшая жена-ассонка, и две темнокожие наложницы — одна посветлее, вторая прям негритянка негритянская. Да, мой товарищ был весьма любвеобилен и падок на экзотику.
— Лучше ледяной трон наморозь, чтоб ему удобнее было, — хохотнул на перепалку старших товарищей Альвбранд, мой ученик.
Жизнь потрепала парня едва ли не с рождения. А может, и самого создания: до сих пор не ясно, как именно снежные эльфы получили заготовку под охотника на демонов, над которой ставили эксперименты, выясняя пределы выносливости будущего живого оружия. Но их цивилизация пала, а он погрузился в сон на восемь веков, в итоге найденный нами во время экспедиции сюда, на Фростхейм. Не знаю, каким бы я вырос на его месте, но разум парня оказался достаточно стойким, и он не слетел с нарезки, начав ненавидеть всех, превращаясь в кровавого маньяка-психопата.
— А сам чего? — поинтересовался наш главный специалист по магии воды и льда.
— У меня так красиво не выходит, — глубоко вздохнув, проворчал мой подопечный.
— Значит, нужно больше тренироваться, — усмехнулся я. — Займемся мелкими операциями более углубленно, благо у триэлов по-прежнему хватает неукрашенных иглу.
— Может, лучше тренировки с оружием увеличим? — c надеждой спросил мой ученик, пытаясь отмазаться от этого предприятия. Всё-таки намораживание целого ледяного посёлка далось нам не то чтобы прям тяжко, но дело было откровенно муторное.
— Пока и так хорошо, — обломал я его. — К тому же создание узоров и ледяных скульптур, помимо прочего, развивает твоё воображение. А это одно из важнейших качеств для вирдмана.
— Да, я помню. Без живого воображения ни одного нового заклинания не придумать, а известного не построить. И даже стулья в домах есть лишь потому, что кто-то когда-то вообразил, как удобно было бы сидеть на чём-то ином, чем на холодном полу или чурбаках, — поворчал он, припоминая мои доводы.
— Я рад, что ты запоминаешь мои уроки, — по-доброму усмехнулся, не говоря ни слова о том, что мой подопечный попытался немного слентяйничать.
Никто из нас не совершенен. Я бы тоже рад был меньше работать и больше отдыхать. Однако, на мне висело слишком много людей, которых нельзя было подвести, и у меня было слишком много планов, включая исполнение предельно мутного пророчества Скальды о будущем ассонов и Ассонхейма. Задала подруга учителя задачку! До сих пор с ней ничего не ясно.