И вот она позвонила.
Времени-то, кажется, прошло всего ничего… День? Два? Неделя? А теперь казалось — вечность. Вечность, наполненная трупами, заговорами и звоном клинков.
— Нана осталась дома, присматривает за имением, а я… Я вот не выдержала, — продолжала она, и в ее голосе послышались нотки вины и смущения. — Так много хотела сказать… Поблагодарить еще раз… Да и просто…
Она запнулась. И в этой паузе было все. Одиночество. Тоска. И, возможно, что-то еще.
Мой мир, который секунду назад представлял собой сжатую пружину из долга, ярости и боли, вдруг с треском распрямился. Инстинкт, холодный расчет, бесконечные «надо» — все это отступило перед одним простым, ясным и невероятно сильным импульсом.
— Ни слова больше, — перебил я ее, и мой голос прозвучал резко, но не грубо. Как приказ, но адресованный самому себе. — Ты где находишься сейчас, именно сейчас?
Она, смущенная, выпалила:
— В гостинице. «Странствующий рыцарь», на Дворцовой набережной, номер…
— Понял, — снова прервал я. — Жди меня там. Сиди в номере, никуда не выходи. Скоро буду.
Я отключился, не дав ей ничего ответить. Повернулся к капитану охраны, который стоял в трех шагах, пытаясь быть невидимым.
— Машину. Сейчас же. Гостиница «Странствующий рыцарь». Без мигалок, без кортежа. Максимально быстро.
В его глазах мелькнуло недоумение, тут же подавленное железной дисциплиной.
— Ваше Величество, но протокол… После покушения…
— К черту протокол! — вырвалось у меня. Я не кричал. Просто произнес это с такой ледяной, не терпящей возражений интонацией, что он побледнел и тут же бросился выполнять.
Через минуту я уже сидел на заднем сиденье бронированного автомобиля, который резко рванул с места, набирая скорость.
Город привычно мелькал за тонированными стеклами — огни уличных фонарей, силуэты домов, фигуры редких прохожих. Но я ничего этого не видел.
В голове звучал внутренний диалог, полный яростного, почти истерического сарказма. Да, можете меня осуждать. Можете, черт возьми, кричать. Кричите. Орите на всех перекрестках, что Родина в опасности, что империя на краю гибели, что у меня на носу война с самими богами, что мир вот-вот рухнет в бездну хаоса. Кричите.
Но я, мать вашу, человек!
Простая, банальная, избитая истина, которую я, кажется, начал забывать. Я не бог, не машина, не бесчувственное орудие истории. Я устал. До чертиков. До дрожи в руках и ледяной пустоты внутри. Устал от предательств, которые жгут душу. Устал от необходимости каждую секунду быть тверже стали. Устал от одиночества на этом проклятом ледяном троне.
И я заслужил. Заслужил хоть немного душевного тепла. Хоть глоток воздуха, который не пахнет кровью и интригами. Хоть час, один жалкий час, когда я могу быть не императором Мстиславом, а просто… человеком. Которому бывает грустно и скучно. Который хочет услышать чей-то голос, не сулящий беды, а легко говорящий о чем-то житейском, обыденном, простом. Увидеть глаза, в которых нет расчета, а есть… радость. Или хотя бы искренняя тревога за меня, а не за судьбу престола.