— Мадам искала наёмный экипаж? Так они там. Пройдёте до конца улицы, и направо уже будет площадь, где народ кучкуется.
— Вы весьма любезны, — и, не убирая пистолета, я каблуком надавила на шею валяющегося бандита, полностью вырубая его.
Второй, разговорчивый, даже не дёрнулся при виде поверженного друга, продолжая напряжённо стоять, не делая резких движений, и следить за моим приближением.
Ловким движением я подобрала свой ридикюль и подошла к фонарному столбу, возле которого уже в отнюдь не небрежной позе стоял второй бандит.
— Не проводите меня, любезный? — я взяла его за руку, мой пистолет был направлен ему прямо в лоб.
— Вам сложно отказать, — просипел он.
Всё-таки оружие делает людей сговорчивее, а их голос тише.
Так мы и пошли. Бандит чуть впереди, я, придерживая его за руку, только пистолет теперь ласково прижимался к затылку мужчины.
— У вас прекрасный инструментарий, но не советую им пользоваться, сэр. Моя рука может дёрнуться. Мы, одинокие дамы, гуляющие по ночам, бываем иногда крайне нервными, — предупредила я своего провожатого.
— А чего это вы меня не вырубили? — проявил любопытство он.
— У вас череп на вид крепче, а я не люблю, когда мне в спину ножи летят, — пояснила я. — Вы же их не просто так носите?
— Не просто, — неизвестно чему порадовался бандит, и я напряглась ещё больше, мало ли что учудит из гордости?
Но мы всё-таки спокойно добрались до перекрёстка, с одной стороны которого уже сияли электрические огни и слышался привычный шум города.
Вот тут, вроде, и пришло время мне расслабиться. Видимо, так решил бандит — его рука дёрнулась и в ней оказался нож, но не тесак: до тесака он не смог бы быстро дотянуться, а небольшой стилет. Я не успела вовремя среагировать, и холодное оружие мелькнуло перед моим носом. За что нос бандита активно поприветствовал мой ридикюль. А был он у меня — тяжёленький.
Замечали, что дамские сумочки частенько весят намного больше, чем выглядят? Вот и мой не был исключением.
Кровь залила лицо бандита, но, увы, он смог отскочить от меня подальше. Пришлось выстрелить. Дожидаться следующего хода вооружённого мужлана мне не хотелось.
Проверив, что бандит без сознания, но живой, вроде бы, я забрала у него стилет: он мне понравился — красивенький, с рукояткой из белой кости и удобный на вид.
Разобравшись с приветливыми прохожими, я, довольная, пошла к улице, где жизнь точно кипела.
Интересно, что на звук выстрела никто не то что из ближайших домов не высунулся (там-то, если кто и живёт, народ привычный), а даже с многолюдной стороны никто не поспешил на помощь… Видимо, их вообще не касается, что здесь происходит.