Следом мне был представлен Мифор с эбеновой блестящей кожей, покоритель кобылиц (да-да, именно так и было сказано), и подозрения не осталось, каких именно кобылиц имелось в виду, когда он продемонстрировал свои мускулы. На его могучем торсе даже сетки не было, хорошо, что хотя бы белые штаны остались.
Затем последовали два брата-близнеца, видимо, работали в паре, раз их представили вместе.
Рыжие, с белоснежной кожей и наглыми зелёными глазами. Эти ещё и высказались:
— Мы будем рады угодить госпоже! — хором выдали они.
Какая прелесть! Мне явно предлагали тройничок!
Последний, пятый, был, как ни странно, полностью одет в чёрное ханьфу, длинные тёмные волосы забраны в высокий хвост, взгляд его глаз был холоден. Этот, наверное, для дам, любящих такое… пренебрежение.
— Хочу его! — повелительно я указала на него пальцем.
Сумму мне назвали астрономическую. Разорится скоро мой бедный Гастингс на этой поездке в Стилшор.
Я выписала слуге чек, и нас проводили в отдельную комнату.
Войдя, эффектно возлегла на широкую кровать, втайне надеясь, что бельё в таком дорогом заведении стирают хорошо.
— Повернись! — властно сказала я стоящему напротив меня парню в чёрном ханьфу.
Тот одарил меня злобным взглядом, но приказ выполнил.
Как я и ожидала: тонкий стан, подчёркнутый поясом, и ни намёка на мускулатуру.
Сложив в уме всё, что я узнала и увидела, решила рискнуть:
— Я так понимаю, вы и есть м. Уолис? Журналист? — я сделала намеренную паузу. — Или журналистка?
Мрачный ореол немедленно слетел с моего «товара» на ночь.
— Как вы узнали? — тонким голосом спросил он.
Я пожала плечами:
— Честно говоря, я просто предположила, ибо пришла сюда именно за вами.
— Мария! — девушка, до этого всё ещё стоявшая передо мной, осела на кровать рядом. — И сколько стоила её информация?
— Одну булочку и кофе, — не стала скрывать я. — Но вы не волнуйтесь, она просто сказала, где вас искать, — кто вы, она не раскрыла.
— Тогда, как?
— Женскую фигуру весьма сложно перепутать с мужской, — усмехнулась я. — Как в таком… продвинутом в отношениях полов заведении вас могли взять на работу? Или… у вас тут есть свой человек?
— У журналиста должны быть… разные знакомства, — ответила она. — Дамы сюда приходят, но редко, и никогда так открыто, как вы.
— Понимаю, вы рассчитывали спокойно проводить расследование, а не участвовать в смотринах.
— Так зачем вы меня искали? — перешла на деловое общение журналистка.
Я вынула из ридикюля газету.
— Из-за вашей статьи. Вы тут пишете об отрезанном мизинце, но в полиции в материалах дела про это ничего нет.