Ну дурак же, да? Однако я с удовольствием отхлебнул, наблюдая, что будет дальше.
— Просто есть личное, а есть публичное… Публичное, оно как бы для всех, а личное только для самых близких, родных. Личное надо беречь…
— Ну давайте, — именинник заносчиво оглядел своих дождавшихся шоу гостей, — пейте уже!
И все послушно подняли бокалы и выпили — ибо тут же никто и никогда не трахался с Императрицей. Она же все злее сверлила взглядом своего вышедшего из-под контроля фаворита — единственного, кто здесь пить не спешил.
— А ты что же, — заинтересовался один из его гостей, — на этот вопрос пить не будешь?
Да-да, ты ж сегодня на все заливаешься. Не нарушай традицию.
— Раньше, — подхватил другой гость, — на этот вопрос ты всегда пил…
— Неужели наконец потрахался? — фыркнула кто-то третья. Совсем тихо, но услышали все.
— Я никогда не трахался с Императрицей…- не отрывая взгляда от своей заразы и вертя фужер в руке, повторил Мишель. — Смешно!.. Да я ее драл так, как никому здесь и не снилось! Столько времени, сколько б никто из вас и не выдержал!.. А я вот выдержал…
Он еще разок крутанул бухло и выплеснул все — прямо на пол.
— Хотя лучше б бухал! Здоровее был бы…
Хрясь!.. Бокал Катерины со звоном — аж со скрежетом — приземлился на крышку рояля. В повисшей на миг тишине, звонко выбивая каблуками по полу, она стремительно пересекла гостиную, подошла к избраннику и, с чувством замахнувшись, отвесила ему звонкую пощечину.
ХЛОП!..
Оу, это была даже не оплеуха обиженной подружки, а весьма такой крепкий панч, смачный шлепок которого все еще витал в воздухе. Голова получившего клоуна дернулась так, что, казалось, вот-вот отвалится и покатится по полу. Ну да, еще пару-тройку таких панчей и морда красавчика Мишеля перестанет быть симметричной. Вот это я понимаю номер — давай-ка на бис, Катерина!
Однако она уже развернулась и громко поцокала каблуками прочь.
Цок-цок-цок… ХЛОП!..
Следом раздался резкий хлопок входной двери, а потом не менее резко скрипнул стул — и мудак, словно за мгновение ощутимо протрезвевший, сорвавшись с места, кинулся за покинувшей праздник заразой. В гостиной же все еще висела тишина, какая бывает в самом финале потрясающего шоу перед аплодисментами, пока взбудораженные зрители переваривают увиденное.
— А мне никогда, — первым подал голос дурачок Руслан, — не натягивала глаз на жопу Императрица!..
И все грохнули от хохота и, разумеется, все выпили. Не пить за такое чудесное «никогда не» мог только именинник, который убежал — видимо, за тем, чтобы ему хорошенько натянули. Хотя я бы лично предпочел, чтобы его просто прибили.