«Дыхание папоротника обжигает…» — писала я, скрипя пером.
Боль вспыхнула внезапно. Острая, пульсирующая, она стянула левую руку невидимым ледяным жгутом. Я тихо охнула, выронив перо. Мои пальцы непроизвольно скрючились, имитируя звериный оскал.
— Эли? — шепнула Мей с соседнего места. — Что с рукой? Ты порезалась?
Я посмотрела на свою чистую, здоровую ладонь. Кожа была обычной, человеческой. Никакой черноты, никаких светящихся фиолетовых трещин. Но ощущала я её именно такой. Обугленной. Разорванной изнутри.
— Нет… — прошипела я, вцепившись правой рукой в левое запястье, пытаясь унять этот фантомный огонь. — Просто свело мышцу.
Боль отвлекала ужасно. Я стискивала зубы, пытаясь сосредоточиться на голосе мадам Розы, но в голове билась только одна мысль: это не моя боль. Это снова Кайден. Где-то там, в своей башне или кабинете, он сейчас терпит это. И наша чертова связь, которую я так надеялась игнорировать, щедро делилась его агонией со мной.
К счастью, колокол возвестил об окончании пары. Боль тут же немного притупилась, перейдя в тупое, но терпимое нытье.
— Так, девочки, вам срочно нужен свежий воздух! — безапелляционно заявил Роуэн, перехватывая нас на выходе из оранжереи. — У нас окно до следующей лекции. Идем в Академический парк. Я угощу вас сладким!
Спорить не было сил. Солнце заливало внутренний двор Академии золотым светом. Роуэн повел нас к старым, раскидистым дубам, под которыми стояли резные скамейки, и с торжествующим видом извлек из своей сумки бумажный сверток.
— Та-дам! — он развернул бумагу. Внутри лежали три пышные, еще теплые яблочные слойки. От них одуряюще пахло корицей, печеными яблоками и сладким сливочным маслом. — Утащил прямо с кухни, пока кухарка отвернулась.
— Роуэн, ты преступник, — рассмеялась я, с готовностью забирая свою порцию.
Мы сели на скамейку. Роуэн устроился рядом со мной, ближе, чем обычно. Я откусила хрустящее, слоистое тесто, и на язык тут же вытекла горячая, сладкая яблочная начинка. Это было настолько вкусно, что я невольно зажмурилась и застонала от удовольствия.
— Вкусно? — голос Роуэна прозвучал совсем рядом.
Я открыла глаза. Он смотрел на меня, чуть склонив голову, и в его карих глазах плясали смешинки, смешанные с чем-то… непривычно теплым. Ветерок растрепал его каштановые волосы, делая его похожим на сказочного принца-бродягу.
— Божественно, — честно призналась я.
— Если что и божественно, то это то как ты сегодня выглядишь, — вдруг сказал он, понизив голос так, чтобы Мейлен, увлеченно жующая свою слойку с другой стороны, не услышала.