— Я не пытаюсь создать дешевую поделку, лорд Де Валь. Хотите идеального наследника платите.
Получая запрошенные баснословные суммы, я методично откладывала десятую часть в неприметный тайник под расшатанной половицей в своей комнате. Это были наши будущие деньги на побег, новые документы и жизнь вдали от столицы.
В лаборатории я билась над созданием артефакта. Теория Иллариона была гениальной, но на практике Бездна отказывалась подчиняться.
Первая попытка была самой обнадеживающей. Я выдула из стекла, смешанного с серебряной амальгамой, идеальную, многослойную сферу — «Ловец Искр». Нанесла внутренние руны изоляции тончайшей кистью, пропитанной своей собственной кровью. Вечером, когда я пришла в покои Кайдена для испытания, мы оба едва дышали от напряжения.
— Давай руку, — прошептала я, поднося сверкающую сферу к его запястью, покрытому черной пульсирующей сеткой.
Кайден послушно протянул руку, его глаза лихорадочно блестели. Я активировала сферу магией Жизни. Руны внутри нее вспыхнули зеленым светом, создавая вакуумный резонанс. Скверна вздрогнула. Я увидела, как черные нити под кожей Кайдена потянулись к стеклу.
— Работает… — выдохнул он.
Но радость была преждевременной. Как только первая, крошечная капля чистой Тьмы коснулась дна сферы, серебряная амальгама зашипела, мгновенно чернея. Стекло, не выдержав чудовищного давления Бездны, разлетелось вдребезги с оглушительным хлопком. Мелкие осколки вонзились мне в ладони и лицо. Кайден глухо застонал, хватаясь за руку — откат Скверны был мучительным.
Вторая попытка, с использованием обсидиана, оказалась еще хуже. Камень просто рассыпался в пыль, едва я попыталась запереть в нем пробный сгусток Тьмы, взятый из крови Кайдена. Бездна жрала всё. Обычные материалы не могли её удержать.
Мое отчаяние росло с каждым часом. Часики неумолимо тикали — до открытого суда оставалось всего два дня.
Но настоящая жизнь начиналась только глубокой ночью.
Когда огромный дом погружался в сон, а герцог уходил в свои покои, я проскальзывала в комнату Кайдена. Мы научились обманывать шпионские кристаллы. Я садилась на край его кровати, спиной к артефактам, делая вид, что меняю ему повязки или провожу алхимические манипуляции. В эти часы все маски спадали.
Из-за антимагических рун, подавлявших его естественное сопротивление, Кайдену становилось хуже с каждым днем. Скверна разъедала его изнутри. У него часто начиналась лихорадка, он дрожал, покрываясь холодным потом.
Я обтирала его лицо влажным полотенцем, гладила по спутанным белым волосам, шепча слова утешения. И в эти моменты он, обычно такой сильный и неприступный, становился пугающе уязвимым. Он утыкался лицом в мои ладони, судорожно вдыхая запах моих волос.