Красный, здоровенный, оглушительно гудящий сильным мотором.
Водитель нажал на клаксон и с ближайших тополей взметнулись испуганные вездесущие городские сороки.
– А что это такое? – я смотрела как из сторожки, мимо которой я сейчас прошла, выскочил охранник и стал раскрывать ворота усадьбы настежь.
– Здравствуйте, Евгения Викторовна, – на крыльцо вышел второй охранник, тот, что сидел на входе.
– Здравствуйте. А что у нас происходит? Что это такое?
Грузовик, еще громче зарычав, начал проезжать во двор школы.
– А это ремонт будет, – охранник достал пачку сигарет и закурил.
– Какой ремонт?
– Новый собственник решил ремонт сделать. Эдуард Сергеевич с утра позвонил, сказал, будут подвозить стройматериалы. Велел не препятствовать. Вот и это, – он махнул рукой, которой держал дымящую сигарету. – Подвозят.
Ой, фу…
Я тоже взмахнула, но только лишь для того, чтобы табачный дым от своего лица отогнать. Новый собственник, значит? И почему я совсем не удивлена, я кажется, уже знаю, что этот новый собственник.
Нет, ну каков нахал!
За первым грузовиком к воротам подъехал второй.
Я поднялась на пару ступенек и ахнула. А там и третий едет! Да этот Медведев времени зря не теряет, как я погляжу. Что ж… Я поправила воротничок платья, потом поясок. И я не буду тогда. Я ведь тоже вчера не шутила.
Суббота. Мэрия сегодня не работает, это верно.
Но я знаю, где живет мэр. И в его доме меня всегда принимают в радостью. Пойду напрямую! Интересно очень, что Яромир на это все скажет. Почему-то мне кажется, что он даже не в курсе делишек своего папаши.
На грузовики я уже внимания не обращала.
Вылетела из двора школы через калитки пулей.
– Ой, мамочки! – прямо рядом со мной резко затормозил огромный блестящий внедорожник.
– Евгения Викторовна! Какая встреча!
Я держалась за левую сторону груди и пыталась отдышаться.
Он что, совсем не смотрит, куда едет? Или таким, как Медведев правила дорожного движения можно не соблюдать совсем?
– Вы еще скажите, что она неожиданная, – огрызнулась я.
– Ну, нормальные люди, у которых есть личная жизнь, по субботам обычно отдыхают, – он обошел машину и приблизился со своей противной ехидной ухмылкой на лице.
– Оно и видно, что у вас ее нет! Вы же пенсионер теперь, я правильно понимаю?
Сердце от испуга уже переставало бешено колотиться и меня снова начала топить злость на этого самодовольного человека.
– Это вы меня щас так старым хрычом обозвали? – у него вопросительно задралась правая бровь.
– Не думала, что вы способны признавать собственные недостатки. Спасибо за искренность, – я пожала плечами.