Я открыл дверь, и девушка тут же проскользнула в комнату, остановилась на середине.
— Вы должны понять, что, находясь здесь, я себя компрометирую, — прошептала она.
Снарядилась, к слову, что надо. Накинула шерстяной плащ, закрывающий голову. К чему такие таинственности — понять невозможно.
— Ну так, может быть, не стоит компрометировать? — шёпотом выдвинул я рациональное предложение. — Право же, я немного устал, и…
Я говорил чистейшую правду — с русалкой действительно утомился в хорошем смысле. Возможности-то, конечно, остались, но есть ведь чувство меры.
Однако жизнь изящно посрамила все мои иллюзии.
Девушка откинула капюшон и посмотрела на меня. Даже в лунном свете, бьющем ей в спину, я распознал, что сие есть — не Катерина Матвеевна. А вовсе даже её двоюродная сестра. Та самая, которую мучили уроками клавикордов.
Вот это прям совсем внезапно.
— Нет-нет-нет! — тут же сказал я и замахал руками. — Это, госпожа Анастасия Феофановна, совершенно никак невозможно! Ей богу, вы — девушка красивая, и даже весьма, способны очаровать кого угодно, но ваш возраст…
— Мне ещё только шестнадцать! — возмутилась Анастасия.
— Вот об этом я как раз и говорю. Будьте добры, немедленно покиньте эту комнату и забудьте, что заходили, или же, в противном случае, я буду вынужден уйти сам. У меня забот и так — лопатой не раскидать, ещё только Роскомнадзора не хватало.
Анастасия задумалась, но поняла, как видно, что-то своё.
— Похоже, вы действительно любите Катю. Это хорошо. Она, как Дорофеев сказал, что вы к нам с визитом пожаловать изволите, сама не своя ходила. Однако неужто вы подумали, что я сюда… Фу! Владимир Всеволодович! — девушка всплеснула руками.
— А о чём ещё я должен был подумать?
— О чём угодно, только не об этом! Я — приличная девушка, из порядочной семьи! А вы, пользуясь нашим гостеприимством, позволяете себе такие мысли…
— Стыдно, — кивнул я. — Каюсь. Обещаю, больше никаких мыслей себе в голову не допущу.
Анастасия — да блин, Настя уже! — осмотрелась и села на имеющийся в комнате стул.
— Так чем обязан? — развёл я руками.
— Вы мне ровным счётом ничем не обязаны, я делаю это только из любви к своей кузине, — вздёрнула нос Настя. — Я, чтоб вы знали, гаданию обучаюсь, мне открыто грядущее. Замуж я не хочу никогда, но хочу уехать в Петербург и открыть там гадальный салон.
— Смело, амбициозно, — кивнул я. — Только не взлетит.
— Что значит, «не взлетит»?
— То и значит. В Петербурге таких гадающих — воз и маленькая тележка. Вон, недавно даже в Поречье одну ушатали… тёмные силы.
— Все эти люди — шарлатаны, — отрезала Настя. — А я в действительности вижу прошлое и будущее человека. На Катю расклады делала, и на вас, Владимир Всеволодович, тоже — этой ночью. И то, что я увидела, заставило меня немедленно прийти сюда, чтобы вас предостеречь.