Его удар разнес первого жука вдребезги, разбрызгивая липкую массу внутренностей по камышам. Пришлось в срочном порядке расчехлить свой клевец. С его массивным навершием дело пошло куда веселее. Очередной жук звучно хрустнул под точным ударом, разлетаясь обломками хитина и вонючей жижей.
Помогая здоровяку разделываться с плавунами переростками, я на мгновение отвлекся, окинув взглядом поле боя. Рагванна, как всегда, полностью растворилась хаосе сражения. Ее длинное змеиное тело извивалось с убийственной грацией, превращаясь в живой смерч, сметающий противников десятками. Два увесистых копья мелькали, подобно серебряным молниям, нанизывая все живое в радиусе досягаемости. «Как бы своих не зацепила в горячке боя», — мелькнуло у меня в голове, когда одно из копий просвистело в сантиметре от уха перепугавшегося заготовщика.
А вот Шии определенно не повезло. Прямо на нее из мутных вод вырвалась первая по-настоящему серьезная тварь. Громадная, облепленная тиной образина с широкой пастью, как у сома-людоеда. С глухим ревом она выплюнула водяное копье, сбив зазевавшуюся некромантку с ног. Повезло, что рухнувшая в грязь блондинка не осталась без защиты. Две костяные гончие накрепко вцепились в неповоротливую зубатую тушу, рвя ее на части, и не давая приблизиться к приходящей в себя мокрой хозяйки. К счастью, она не поленилась облачиться в новенькие костяные доспехи. Грудная пластина хоть и треснула, но смогла сдержать основной удар, позволив избежать серьезных травм. Отплевываясь от болотистой жижи, Шия брезгливо стряхивала с себя зеленые клочья ряски, точь-в- точь раздраженная кошка, вылезшая из лужи. Её растерянный взгляд метался по земле в поисках оброненного щита. Тем временем свободная рука уже заканчивала напитывать манной рунный конструкт печати, висевшей в воздухе и готовой нанести ответный удар.
Но я опередил ее. Размахнувшись по широкой дуге, я вогнал гранёный клюв клевца между пластин костяного гребня, прямо в основание черепа болотной твари. Грузное тело тут же выгнулось в предсмертном спазме, едва не вырвав оружие из рук. Некроголемы гончих, висевшие на нём, разлетелись по сторонам, как гнилые яблоки из разбитой корзины. В отличие от мелочевки, после смерти этой туши высвободилась ощутимая волна чистого эфира, холодная и живая, словно глоток воздуха в болотной вони. Шия так и замерла с неактивированной печатью, потеряв противника, но ее взгляд быстро ожил, продолжив выискивать себе новую цель.
Все-таки возможность садануть неприятеля чем-нибудь тяжелым по голове через пространственный прокол — поистине божественный навык. Не зря я столько времени корпел над его отработкой. Против подобных безмозглых тварей, так вообще лютая имба. Подскочив Шие, сунул ей в руки оброненный щит.