– Да, я громкая, – соглашаюсь я, изобразив улыбку.
– Ты сегодня рано.
– Говоришь так, словно меня не ждал, – замечаю я, скидывая с плеч лёгкий кардиган и смотрю на мужа. – Признавайся, прячешь в доме любовницу?
– Ее самую! – доносится из гостиной голос лучшей подруги, а потом появляется и она сама. – Я вот забежала на огонёк, а тебя как всегда нет дома.
Смотрю в глаза Тани в надежде найти хотя бы намёк на раскаяние. Но вижу только равнодушие. Прямой, колючий и оценивающий взгляд. Словно она и правда пытается понять, что муж во мне нашел.
Какая же я дура… Неужели я и правда никогда не замечала, что она смотрит на меня как на соперницу, а не на подругу?
– Так и тебя обычно дома не застать, – замечаю я, растягивая губы в очередной улыбке.
– Ну да, – пожимает она плечами. – Жизнь директора благотворительной организации довольно сложная, но я уже привыкла. Даже не знаю, что бы делала без своей работы.
– Все именно так, – киваю я. – Хорошо, что ты никогда не стремилась заводить семью. Ни один мужчина не выдержал бы конкуренции с твоей работой.
Замечаю, как на мгновение, ее лицо застывает словно маска. Но всего лишь на секунду, после чего Таня выдавливает натянутую улыбку.
– Ну да, – кивает она. – Ты же меня знаешь…
Да ни черта я тебя не знаю. Что ты, что мой муженёк, так хорошо притворяетесь, что я и подумать не могла, что меня всё это время водили за нос. Поверить не могу, что позволяла этим двоим строить козни за моей спиной. Да, я им доверяла. И как оказалось – зря. Хотя я и предположить не могла, что Таня когда-нибудь позарится на моего мужа. Я думала, что она относится к нему как к брату.
А они… Продолжаю улыбаться, чувствую, как скулы сводит от напряжения. Надолго меня не хватит. Я не такая искусная лгунья, как эти двое.
– Ты что-то побледнела, – с наигранной тревогой замечает Таня. – Давление пошаливает? Вот, давно говорила, что тебе пора остепениться и вести себя как подобает женщине твоих лет. Идём, провожу тебя в спальню и заварю ромашковый чай.
– Спасибо, – киваю я и позволяю ей взять себя под руку.
Больше всего мне сейчас хочется сбросить с себя эту руку этой предательницы и залепить ей пощёчину. Но я, невероятным усилием, подавляю это желание. Я не должна показывать, что догадываюсь о том, что меня обманывают. Нужно всё хорошенько обдумать и только тогда начинать что-то предпринимать.
– Ну ты даёшь, Марин! – выговаривает мне Таня. – Погода ужасная: то дождь, то жара. Тебе бы дома сидеть, борщи варить, а ты всё строишь из себя великую работницу.
– Мы с тобой ровесницы, – сухо напоминаю я. – Меня-то на покой отправляешь, а сама пашешь как конь.