— Понял, — Лигачев кивнул, — дам команду своим парням эту тему осветить подробнее, потом на Политбюро обсудим. Надеюсь, сплеча рубить ты не собираешься? Завтра все улицы переименовывать не предложишь?
— Пока нет. Но есть мнение, что программу школьную по литературе, истории и другим гуманитарным предметам нужно… Ну, назовем это так: ее нужно изучить на предмет соответствия политическому моменту. Подходит тебе такая формулировка?
— Разберемся, — Егор Кузьмич уже явно был не рад, что сам тему поднял. Он был из тех, кто предпочитает лишний раз лодку не раскачивать, и во многом благодаря такому подходу мы с ним так хорошо сработались. — Что ты сейчас, домой?
— Ну, почти. Подожди две минуты, я в душ залезу, есть еще одна тема актуальная, — второй человек в государстве только пожал плечами: мол, мы всегда на боевом посту, готовы работать с рассвета и до заката…
Я же быстро скинул с себя мокрые от пота шмотки, залез под струю горячей воды и, не тратя времени зря, привел себя в «товарный вид», благо зависать в ванной на часы привычки не имел ни в той жизни, ни в этой.
— Что у тебя? — Пока я мылся, Лигачев скинул пиджак и, демонстрируя вполне приличную форму как для своих почти семидесяти лет, успел поделать какие-то наклоны, махи руками и ногами и другие упражнения. Не зря Егор Кузьмич в той жизни до ста лет дожил, ой не зря, заботится человек о своем здоровье.
— По поводу коррупции хотел посоветоваться, — я накинул пиджак, галстук, подумав секунду, сунул в карман, и мы не торопясь двинулись по полупустым уже коридорам административного здания на выход.
— А я говорил, что вся эта затея со свободными экономическими зонами приведет к развращению партийцев, — Лигачев со значением поднял вверх указательный палец.
— Все ведет к развращению партийцев. Сотрудничество с иностранцами, введение самоокупаемости, хозрасчет предприятий, кооперативная торговля. Близость к границе, удаленность от столицы. Древние традиции и обширные семейные связи. Сидишь так и думаешь, что у нас за партийцы такие, что так просто развращаются, — проворчал я, поднимая на самом деле весьма важный вопрос.
— Не передергивай, пожалуйста, а то так мы договоримся до того, что КПСС не нужна. Давай не будем повторяться.
Это была забавная история, превратившаяся у нас «среди своих» в такой себе анекдот внутряковый. На одной из традиционных февральских прямых линий мне прислали «каверзный» вопрос, что, мол, раз КПСС — передовой отряд трудящихся в деле построения коммунизма, то получается, что когда коммунизм наконец построят, то сама компартия станет не нужна и будет упразднена. Ну, и я, ничтоже сумняшеся, подтвердил этот тезис, что при всемирном коммунизме партии вообще будут не нужны, а руководство будут осуществлять специально обученные профессионалы, руководствуясь исключительно благом всего человечества. Понятное дело, предполагалось, что наступят эти благостные времена не сегодня и не завтра.