Ланин, не ожидавший наскока от поклонника своего бессмертного творчества, отпрянул…
— Euh… cher Piotr Dmitrievich, bonjour а toi aussi. Pour еtre honnte, je n’ai pas encore pris le rythme de la journеe de travail. Pourriez-vous me dire en substance, et de prеfеrence en russe, quelle est la raison de votre visite si tоt? (Э… любезный Пётр Дмитриевич, и вам доброе утро. Честно сказать, ещё не вошёл в ритм рабочего дня. Не могли бы вы сказать, по существу, и желательно по-русски, чем вызван столь ранний визит? Франц.).
Гость бережно протянул книгу. — Моё появление, в столь ранний час, ваше сиятельство, связано с текстом на последней странице.
Подполковник взял книгу, откинул заднюю обложку. Посмотрел на последний чистый лист в книге. — Прошу прощения, князь. Но, здесь, ничего нет.
— В том-то и дело, что ничего нет! — Волконский продолжал наступать на писателя. — А должно присутствовать краткое описание следующего приключения героя. Понимаете меня?
Вселенец глубоко вздохнул. (Спокойствие — только спокойствие.). Досчитал до десяти. Выдохнул. — Дорогой Пётр Дмитриевич, не было никаких следующих приключений. Всё закончилось. Иван дождался корабля и спокойно добрался до дома.
Недовольный читатель затопал ногами. — Этого не может быть! Вы не могли завершить повествование, именно на той книге, которую посвятили мне!
— Простите, дорогой Пётр Дмитриевич! — добродушный писатель попытался успокоить расстроенного гостя. — Такова жизнь. Все приключения когда-нибудь заканчиваются. Мой герой сел на корабль и уплыл в Петербург.
— Но, почему? Почему? Это произошло именно в той книге, которая посвящена мне?
Вселенец развёл руки. — Хотя бы потому, что у меня нет новых идей. Муза, понимаете… — она, ушла. Именно в тот момент, когда я дописал вторую книгу.
Волконский хитро прищурился. Подмигнул левой бровью. Потёр пальцами, как будто начал считать деньги. — Скажите, мой самый талантливый друг, а сколько стоит вернуть музу и продолжить приключения героев? От вас муза ушла. Ко мне пришла. Назовите цифру? Я подкину вам несколько идей. И вы продолжите писать.
— Нисколько. Я не работаю по подсказкам других. Я пишу только свои мысли!
— Дам пятьдесят тысяч!
— Нет.
— Дам кругленькую сумму и набросаю черты будущего романа.
Восходящая звезда мировой литературы упёрся и не хотел отступать. — Даже не просите. Нет. Нет и еще раз, нет!
— Милый князь! Два пожелания в сюжет. Всего, два! И естественно — хорошие деньги.
— Я решительно не согласен. Но, слушаю. Тем более, если желания, два — тогда два раза по пятьдесят.