— Можешь определить содержимое в колбах? — спросил я.
— Нет информации. Но могу предположить, что это различный биоматериал для синтеза плоти.
Меня отвлек нарастающий шум за спиной. Обернувшись, увидел, как стальная перегородка вспухает алым пузырем раскаленного металла. Послышался свист, гул, а затем рвануло так, что меня должно было смести взрывом. Но это всего лишь запись.
Помещение заволокло черным дымом, который быстро осел на некогда чистых поверхностях. Затем внутрь вошел первый человек.
Полный рыцарский доспех, явно утяжеленный, больше напоминающий экзоскелет. В нем рыцарь был чуть выше двух метров. Броня сияла серебром, красивые гладкие линии, сочленения закрыты дополнительными пластинами — ни одного уязвимого места.
С одной стороны доспехи отдавали стариной, с другой выглядели скорее технологично. Будто бы их не ковали, а печатали на принтере.
В руках у рыцаря был массивный треугольный щит в полтора метра высотой. Если я подожму ноги, то смогу за таким укрыться целиком. Еще и подушку подложить место останется. Такую махину явно создавали не под обычного человека. Только высокоранговый спирит с упором в тело способен спокойно таскать подобное.
Во второй руке полуторный меч с широким клинком. На его фоне мой тесак смотрится игрушечным ножичком.
Броня была сплошь украшена рунами, на груди слева магическая печать, на плечах пергаментные свитки, привязанные бечевкой к броне. Белый плащ практически касается пола.
— Пауза, — скомандовал я, и рыцарь замер без движения.
Я подошел ближе, пытаясь разглядеть руны. Общие очертания понятны, но детали расплываются. Качество записи оставляло желать лучшего, а в рунировании каждая мелочь имеет значение, вплоть до толщины линий и последней закорючки.
— Твою ж мать, — потер я лицо. — О чем я вообще думаю. Какие-то руны, броня. Запускай давай.
— Всё нормально, босс. Это естественная защитная реакция, мозг пытается зацепиться за привычные детали. Запускаю.
Рыцарь вошел, осмотрелся, сделал какой-то жест, будто бы что-то ловит в воздухе. Наверное, какой-то навык, но в записи не видно движения эйба.
Затем он освободил дорогу остальным. Следом вошли еще два рыцаря, плащи серые, из оружия длинные копья, каждое из которых по отдельности выглядело как произведение искусства.
— Копья и броня идентичны? Я не вижу отличий.
— Их и нет. Отличие только в рунах — у мечника их больше.
— Получается, штамповка. Или печать.
Следом вошла целая делегация. Шесть человек: четверо с мечами и щитами, только мечи одноручные, а щиты имели странную гексагональную форму. Еще один был в белой рясе, вышитой золотом, на голове золотая митра, в руках посох. Последний шел и вовсе без оружия, разве что на поясе висела толстая массивная книга в цепях, а за спиной три огромных свитка, не меньше метра в длину каждый.