— Есть ещё одна просьба, — сказал я.
Она вздохнула.
— Что за просьба?
— Похоже есть способ помочь Грэму, облегчить течение «болезни». Но мне понадобится помощь, твоя и Лиры.
Морна чуть выпрямилась. Усталость в её глазах сменилась настороженным интересом.
— Помочь Грэму? — Она прищурилась. — При чём тут Лира?
— Живососы. Я услышал о них от Лиры.
— И?
— Чёрная Хворь живёт в крови и питается живой. Ты же сама видела как она забирает поступающую живу и забивает каналы.
— Да, есть такое.
— А живососы высасывают живу жертвы, — Я наклонился вперёд. — Вот я и подумал — а что если заставить их высасывать именно «зараженную» живу? Ту, что течёт по чёрным прожилкам? Это не вылечит болезнь, но замедлит её и даст Грэму больше времени. Понимаешь? Обычные живососы, даже поймай я их, могут не захотеть «высасывать» Черную Хворь, но те, которыми управляет Лира послушаются ее.
Морна молчала.
Я видел, как она обдумывает мои слова. Её пальцы с когтями постукивали по столу.
Прошла, наверное, минута.
— В твоих словах есть здравое зерно, — сказала она наконец. — Это может сработать.
Я улыбнулся.
— Но… — Морна подняла палец. — Мне нужно поговорить с Лирой. Для неё насекомые — это друзья. Каждая их смерть, — это боль для нее. Она много чувствует, и если ей будет слишком больно…она просто не сможет это делать.
Я вспомнил боль Виа, которую чувствовал через нашу связь и кивнул.
— Да, я понимаю.
Еще один вопрос вертелся на языке:
— А те грибы, что я просил… для лечения Грэма?
— Скоро будут, — ответил Морна. — Через пару дней кое-что мне добудут, так что грибы будут, не волнуйся.
— Спасибо, это хорошо. А ингредиенты для твоего эликсира?
— На это нужно больше времени. — она покачала головой, — Некоторые вещи потруднее достать, чем такие грибы.
Я как-то неосознанно секунд на десять просто подвис, залюбовавшись ею, и Морна вдруг напряглась.
— Почему ты так на меня смотришь?
Я моргнул, осознав, что слишком долго пялился.
— Извини, просто… — Я покачал головой. — Увидел тебя чуть другой, чем в прошлые разы.
Странно, но после этих моих слов она наоборот вся напряглась, словно ощутив себя уязвимой в этой испачканной рубахе, с растрёпанными волосами и без привычной маски.
— Это всё? — спросила она прищурив глаза.
— Нет, есть кое-что еще. — ответил я и достал из корзины очищенную бутылочку. — Хотел тебя спросить об этом.
— Что это?
— Нашёл в схроне смолячка. Бутылочка была залита смолой — видимо, пролежала там много лет.
— Смолячка? — Морна удивлённо переспросила. — Ты нашёл схрон смолячка?
— Случайно наткнулся.
— Это к удаче. — На её губах мелькнула тень улыбки. — Найти схрон смолячка это добрая примета.