— Нет, — чётко, как удар топора, вставила Сигрид. Её ледяные глаза были устремлены на меня. — Этот момент берут на себя главы дома Дарквуд. А мнение младшего отпрыска в таких вопросах… можно не учитывать. Особенно когда речь о союзе с троном.
— Сестрёнка, — я не сдержал грубой нотки, — мы как бы живём не в каменном веке. В двадцать первом, на минуточку.
— Традиции сохранились, — невозмутимо парировала Сигрид. — И сила договоров, скреплённых кровью и магией, — тоже.
— Сохранились, — подтвердила Мария с лёгким, победным кивком. — А брачный договор с Императорской семьёй — это не просто бумажка. Это почти нерушимый обет. Разрыв равносилен объявлению войны. Или ты забыл мои слова в оранжерее?
Атмосфера в классе стала густой, как смола. И тут Лана, до этого молча кипевшая, нашла новый аргумент.
— Даже если я уже… пользовалася товаром? — выпалила она с вызывающей дерзостью. И, чтобы не было сомнений, о чём речь, она демонстративно встала и уселась ко мне на колени, обвивая мою шею руками. Я, почти на автомате, обнял её за талию, сделав замок на её животе, чувствуя, как каждая её мышца напряжена. Это был не жест нежности, а метка территории. Грубая, животная, но невероятно эффективная.
Мария побледнела. Её губы поджались в тонкую, белую ниточку.
— Это… неприлично. И грубо, — выдавила она, но в её глазах промелькнула настоящая боль.
Напряжение достигло точки кипения. Мария выпрямилась, её взгляд стал тяжёлым и царственным.
— Хорошо. Если цивилизованно не выходит… решим по-старинке. Как решали споры наши предки. Тысяча рыцарей моего дома против тысячи твоих, Лана Блад. Без магии. Чистая сила и сталь. Кто победит на поле боя — тот и заберёт себе Роберта. Как законный приз.
В классе повисла гробовая тишина. Сигрид лишь прикрыла глаза, как будто молясь о терпении.
— Я вам что, принцесса, — произнес я, — трофейная ваза на полке? «Заберёт себе Роберта»?
Они говорили поверх моей головы, как будто меня здесь и не было. Две силы, две воли, решающие мою судьбу.
— Мы подготовим все соответствующие документы, — заявила Мария, её голос вновь стал гладким и официальным, будто она объявляла повестку заседания. — И отправим их в дом Бладов для ознакомления.
— Да. Я согласна, — кивнула Лана с такой же холодной формальностью. — Моя семья внимательно изучит условия и даст скорый ответ.
Мария встала. Её движения были чёткими, но в них чувствовалась дрожь сдерживаемых эмоций. Она посмотрела на меня сначала — долгим, обиженным взглядом, полным недоумения и боли, как будто я лично её предал. Затем её взгляд скользнул на Лану, и в нём вспыхнула та самая, неутолённая ярость.