Я протянул руку, не для того, чтобы потрогать его — я не был самоубийцей, — а как жест доверия. Медведь склонил голову, и его горячее, пахнущее камнем и землей дыхание обожгло мою ладонь. Он не лизнул меня, как другие. Он просто позволил мне быть рядом. В его тройном взгляде читалось нечто вроде понимания.
Мартин, побледневший как полотно, нервно постучал костяшками пальцев по прутьям клетки.
— Дарквуд, я… мне пора идти! Отчеты писать! — его голос дрожал. — Выходите, ради всех богов! Он может… он может Вас разорвать!
Я обернулся к нему, не вставая с корточек, и улыбнулся самой беззаботной улыбкой, какая только была в моем арсенале.
— Всё в порядке, Мартин. Иди. Мы тут… общаемся. Он не причинит мне вреда.
Смотритель посмотрел на меня, как на сумасшедшего, пробормотал что-то невнятное под нос и, развернувшись, почти побежал к выходу, швырнув на прощание: «Только клетку на замок!»
Щелчок тяжелого замка прозвучал оглушительно громко в наступившей тишине. Я снова повернулся к медведю.
— Вот и остались одни, — сказал я ему. — Знаешь, вчера у нас был большой матч. Мы играли в «Горячее Яйцо». Это такая игра… с огненным шаром и кольцами. Очень волнительно и захватывающе. Мы победили! Я даже сам играл, правда, меня на две минуты выбили… — я продолжил свой рассказ, описывая самые яркие моменты, голос мой звучал оживленно. Я и сам не понимал, зачем рассказываю это гигантскому магическому зверю, но ему, казалось, было интересно. Он сидел неподвижно, все три его глаза были прикованы ко мне, и в них читалось глубочайшее внимание.
И тогда в моей голове, не через уши, а будто изнутри моего собственного черепа, раздался низкий, гортанный голос, похожий на скрежет камней.
«Я не понимаю этой игры. Но, уверен, что это хорошо.»
Я замер. Глаза мои расширились от шока. Я уставился на медведя, не веря собственному сознанию.
— Ты… ты говоришь? — прошептал я, и мой собственный голос показался мне чужим.
И будто прорвало плотину.
Со всех сторон, из каждой клетки, в мою голову хлынул водопад голосов, образов и эмоций. Это был оглушительный гул, визг, рык и шипение, слившиеся в хаотичный хор.
«МЫ ГОВОРИМ!» — пронеслось общим возгласом.
«Ты понимаешь нас? ОГО!» — донесся тонкий, визгливый голосок от стаи пернатых лисиц.
«Слышь, дай мне добавки! В прошлый раз обделил!» — потребовал щупальцевидный уродец, тыкаясь в решетку.
«Выпусти нас! Скучно тут!» — заныл крылатый змей.
А потом, сквозь этот шум, снова прорвался спокойный, весомый голос каменного медведя.
«Ты тоже как и мы? От тебя так… вкусно пахнет. Пахнет Древом.»