Я сидел на холодном полу клетки, ошеломленный, смотря по очереди на каждого из этих существ. Весь Питомник, полный опасных, запертых тварей, не просто обрадовался мне. Он заговорил со мной. И теперь от их общего гвалта у меня начинало раскалываться голова. Но сквозь этот хаос я понял главное: я был не просто человеком, который их кормил. Я был для них кем-то… своим.
Я замер, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Этот вопрос висел в воздухе с момента моего первого визита сюда.
— Я… не знаю ответа, — честно сказал я, глядя в синий, центральный глаз медведя. — Может быть. Я и сам не до конца в этом разобрался. Со мной в последнее время происходит столько странного…
Каменный медведь медленно, с глухим скрежетом плит, подвинулся ко мне ближе. Его массивная голова оказалась совсем рядом.
«Возможно, это странно для тебя. Но это не значит, что ты дурной.» — пророкотал он в моей голове. Затем в его «голосе» прозвучала едва уловимая нота смущения. — «И… насчет добавки. Мне тоже дай чуток. Тот кусок был… маловат.»
Я не смог сдержать удивленной усмешки. Этот громадный, величественный зверь просил добавки, как котенок. Абсурдность ситуации разрядила напряжение.
— Ладно, ладно, — проворчал я, поднимаясь и отряхивая штаны. — Всем добавки. Но только по чуть-чуть! А то Мартин заметит.
Я прошелся по клеткам, подбрасывая в каждую по дополнительному куску мяса или горсти волшебных фруктов. В ответ в голову бил шквал радостных, благодарных мыслей:
«Ура!»
«Наконец-то!»
«Ты лучший, двуногий!»
И тут я случайно взглянул на магические часы на стене и ахнул.
— Черт! Уже так позно! Мне надо бежать, иначе опоздаю!
Я повернулся к обитателям Питомника, которые смотрели на меня с явным разочарованием.
— Я вернусь сегодня вечером, обещаю! — крикнул я им, уже отступая к выходу из клетки медведя.
Медведь снова заворчал, и его мысленный голос прозвучал настойчиво и серьезно, заглушая общий гул.
«Слушай, двуногий. Лучше не говори никому, что можешь разговаривать с нами.» — его центральный глаз сузился. — «Это может стать большой проблемой. Для тебя. Ведь если они узнают… они могут решить, что ты слишком странный. Слишком опасный. И тогда… тогда они могут засунуть за решетку и тебя.»
Его слова повисли в воздухе, тяжелые и леденящие. Он был прав. В этом мире, где ценят силу, но боятся непонятного, такая способность могла бы сделать меня изгоем. Или подопытным кроликом.
Я кивнул, встретившись с его взглядом.
— Понял. Молчок. — Я вышел из клетки, щелкнул массивным замком и бросил последний взгляд на Питомник. Десятки глаз смотрели на меня из полумрака. Теперь это были не просто опасные твари. Это были… знакомые. И их предупреждение было ценнее любой лекции по магической безопасности.