Само собой, что помимо игр с боснийскими клубами у нас были запланированы и другие товарищеские матчи. Со сборной Финляндии, и уже перед самым стартом Чемпионата Европы мы должны были сыграть с югославами.
Пять контрольных матчей — это в принципе вполне нормальная нагрузка.
И первый из них, с «Железничаром» 25 мая, закончился очень громким конфузом. Сборная Советского Союза неожиданно для всех и в первую очередь для самих себя не просто проиграла — нет. Боснийцы нас буквально разорвали.
2:6 — с таким счётом закончился этот матч. У нас голами отметились Юра Желудков и Гена Литовченко.
На мой взгляд, ничего страшного не случилось, вот вообще ничего. Все, кто видел эту игру, могли подтвердить, что советская сборная еле двигалась по полю. И это было нормально.
Тренеры нас хорошо так загрузили на подмосковной части сборов, и в Боснии мы тоже продолжали играть под нагрузками. Утром перед игрой с «Железничаром» у нас вообще состоялась очень интенсивная тренировка.
Само собой, что ожидать лёгкости в ногах и молниеносного принятия решений было трудно.
Следующую игру, с «Сараево», мы тоже проиграли. Причём всухую — 0:3. Нагрузки у нас были всё на том же высоком уровне, так что и в этом результате нет ничего удивительного.
А вот после игры с Финляндией 1 июня над головами тренеров сборной разыгралась самая настоящая гроза. На этот матч пришёлся пик нагрузок, и после него по планам нас должны были, наоборот, разгрузить, чтобы к старту Чемпионата Европы через две недели мы были готовы.
Вот только чиновникам из Москвы очень не понравилось третье кряду поражение сборной, да ещё и в матчах с такими невнятными соперниками. И в «Советском спорте», в еженедельнике «Футбол — Хоккей» и в паре центральных газет вышли разгромные статьи, объединённые общим смыслом: «К чему мы придём на Чемпионате Европы и куда делась та убедительная сборная, что раздавила португальцев».
В «Вечерней Москве», вот уж специалисты по спорту, так и вовсе статью написал какой-то паникёр, который потребовал «немедленно поменять тренерский штаб и спасти команду от неминуемого позора».
Хорошо хоть, что за выкриками из Москвы ничего не последовало, и ломать подготовку сборной и тем более менять тренерский штаб никто не стал. Вполне возможно, что и из-за того, что посчитали: поздно.
Правда, когда мы сыграли последний контрольный матч, крики критиков замолчали. 7 июня, за неделю до первой игры во Франции, мы, что называется, показали товар лицом в Белграде.
Против югославов, далеко не самых слабых соперников, мы выглядели уже совсем другой командой — быстро бегающей и быстро думающей.