Будучи по первой военной специальности политработником, Виктор уловил такой момент: вновь прибывшие «добровольцы» в первые дни пребывания в батальоне к войне относятся несколько пренебрежительно. Мол, чего вы тут копаетесь с какими-то фрицами? Вот мы сейчас тут пришли, и от них только клочки по закоулочкам полетят. До тех пор, пока не пообщаются с теми своими, кто уже немало землицы из окопов перекидал и пуль над своей головой пропустил. «Битие определяет сознание», как выразился кто-то из добровольческих ветеранов.
Именно ветеранов, без каких-либо натяжек. Достаточно хлебнувших солдатского лиха, побывавших и под пулями, и под снарядами, и под бомбёжкой. И с немецкими (а также трофейными французскими и английскими) танками сталкивавшимися. Имеющих награды и ранения, но оставшихся в строю, несмотря на них. И это тоже прекрасно укладывалось в наблюдение Юдина: подчас эти «добровольцы» более стойки, более ожесточённо сражаются, чем обычные бойцы, попавшие в армию по призыву.
Передышка, вызванная разверзшимися хлябями небесными, касается только их, Западного фронта. Ну, да ещё Северо-Западного, застрявшего в уже не созданных стоящей погодой, а природных, болотах. На юге, под Киевом, гитлеровцы продолжают давить, пытаясь пробиться к столице Советской Украины и отбросить наши части за Днепр. Постоянно пытаются форсировать Днепр, и иногда это им удаётся. Правда, командование Центрального фронта создало несколько мобильных ударных групп, которые пока успешно справляются с ликвидацией этих плацдармов. Ещё южнее немцы совместно с румынами пытаются обойти с севера Одессу. Давят преимущественно пехотой при поддержке артиллерии, поскольку все их танковые группы «помножены на ноль» в ходе августовско-сентябрьских боёв. Всё-таки насыщение наших войск накануне войны противотанковыми средствами сделало своё дело, и «бронированные кулаки» гитлеровцев удалось вначале размягчить, а потом и косточки в них переломать.
Виктор, конечно, не великий стратег, но очень уж его смущает то, что наша военная кампания строится исключительно на обороне. Где пропагандировавшееся ещё два года назад «малой кровью, могучим ударом, на чужой территории»? Один только серьёзный удар и помнит: когда на Украине взяли в котёл прорвавшуюся через линию Укрепрайонов немецкую группировку. Но потом всё равно отошли, уступив немцам отбитые земли.
Выходит, не только у нас получается размягчать нацистские бронированные кулаки, но и немцам — нашу непоколебимую оборону? Те же самые Укрепрайоны держались два месяца, но потом удерживать их стало невозможно. Не получится ли так, что оборону по Березине и Днепру придётся сдать? Вон, в полосе наступления Группы армий «Север» Таллин уже почти сравняли с землёй бомбёжками. Хоть авиации у немцев намного меньше, чем 22 июня, но и «сталинских соколов» немало погибло. Вот и удаётся фашистам делать налёты на наши города. Иногда даже безнаказанно.