— А, поняла, — сказала она. — Боишься, что заезжий инквизитор раскроет страшную тайну и окажется, что тайны особой нет, а ты просто облажался?
— Да иди ты в задницу, товарищ инквизитор, — отмахнулся он. — Если ты разберёшься, что случилось с Лосем, и раз и навсегда закроешь вопрос зловещего дома, я тебя поцелую.
— Звучит как угроза, — рассмеялась она.
— Ну хорошо, публично признаюсь в любви ко всей Инквизиции!
— Я запомню.
— А потом всё-таки поцелую, — не удержался Вейлен.
Глава 2. Проклятый старый дом
«Сорочье гнездо» с первого взгляда будило единственное чувство: жалость. Особняк был красив даже сейчас, с осыпающейся штукатуркой и отлично знакомыми выщербинами — следами от осколков и пуль. Песчаному повезло, основные бои в этих краях развернулись поодаль, миновав город, и многие дома неплохо сохранились. Фергальцы буквально сровняли с землёй Поречный, тамошний порт бомбили безжалостно, досталось и здешнему, и замку на холме досталось — господствующая высота, но всё же меньше, чем соседям. Повезло и этой местной легенде, если можно считать везением долгую агонию. Особняк медленно разлагался, брошенный людьми. Юстафия, наверное, на его месте предпочла бы один сокрушительный удар.
Дом стоял на углу двух улиц — Вольных магов, наверняка раньше носившей другое название, и вневременной Виноградной. В этом углу располагался эркер, на втором этаже над которым помещался изящный балкон. На Вольных магов выходило парадное крыльцо, подпиравшее ещё один балкон, а второй край фасада на Виноградной закругляла башенка.
Цветочный стиль Юстафие всегда нравился. Плавные линии, округлые текучие формы, изящные сдержанные орнаменты и насыщенные, некрикливые оттенки. Сложно в исполнении, но неизменно выглядит естественно и потому очень изящно и обманчиво просто. Как, например, оформление парадного подъезда. Его украшала всего одна колонна, похожая на плакучую иву, и она была совершенна. Вырастая из земли, где корни образовывали несколько волнистых ступеней, одной из веток она обрамляла арку двери. Следующие ветви подпирали и оплетали основание балкона, а основная крона изящной декоративной решёткой скрывала от улицы тех, кто пожелал бы отдохнуть там. Колонну не портила даже облупившаяся штукатурка — делала ещё больше похожей на живое дерево.
Жаль, что про всё остальное нельзя было сказать того же. Полуразбитый витраж в полукруглой двери выглядел сквозным ранением. Часть декоративной решётки выпала — не поймёшь, следы войны или времени. Балкон над эркером изувечила влетевшая мина: обломились колонны, провалилась крыша — кажется, там раньше была небольшая коническая башенка. Или венчал её купол? Пойди догадайся!