— «Преступник — мужчина. Он носит брюки и сюртук. Волосы предположительно темные». И это
все. А мы? Мы дадим, во-первых, литографический портрет барышни. Во-вторых, намекнем на
приданое.
— Угу, — кивнул Бойден. — Раз Фейтон так зациклен на мисс, он обязательно явится. А мы уж
постараемся, чтобы он раскрыл себя.
— Да! — У маркиза просто горели глаза. — Выбор жениха — это же прекрасная возможность.
Девочка будет танцевать со всеми этими кавалерами и сможет выяснить, кто из них причастен к
заговору. А пока они будут наперебой ухаживать за ней и всячески из кожи лезть, чтобы
очаровать ее…
И тут Дамиан хлопнул ладонью по столу и резко поднялся.
— Все сказали?!
Маркиз уставился на него с невинным видом и, уклончиво поведя бровями, проблеял:
— Э… в общих чертах.
— Да, — Бойден со всей солдатской прямотой кивнул.
Мммм! Это было последней каплей. Дамиана просто вынесло из-за стола.
— Вы представляете, что будет твориться во дворце?! Вы. Понимаете?! — прорычал он, рубанув
ладонью воздух. — Ладно, не понимает эта легкомысленная…
На застывшую с какой-то неестественной улыбкой девушку он не мог смотреть, его сейчас
трясло от злости. Выбор жениха?! Да, ему нужно было высказаться!
Но девушка неожиданно присела в реверансе, сложив у груди руки, а потом повернулась к нему
спиной и ушла через потайную дверь.
В кабинете воцарилась мертвая тишина.
Мертвейшая.
Дамиан ощутил, как только что пылавший в нем гнев оборачивается пустотой и невыразимой
досадой. Еще секунду он стоял там, в центре своего кабинета, потом стремительно двинулся за
ней следом.
Оставшись в кабинете вдвоем, ректор Академии Бойден и маркиз Морелли молча переглянулись.
Бойден сложил губы уточкой, а маркиз весьма двусмысленно выгнул бровь.
***
Девушку Дамиан догнал уже в служебном коридоре.
Она быстро шла вперед, а рядом с ней вышагивал Курт. Дамиан тронул охранника за плечо и
молча мотнул головой, что означало: «Дальше сам». Курт молча поклонился и отошел в сторону.
Теперь он шел рядом с девушкой. Она двигалась достаточно быстро, ему даже не пришлось
приноравливаться к ее шагам. Но она так и не взглянула на него, не повернула головы.
— Хелена, — он не выдержал первым.
Тишина. Гулкое молчание. Звук шагов в узком служебном коридоре, и они плечом к плечу.
Близость и отчуждение ощущались так болезненно ярко.
— Если хотите, — проговорил он, поведя шеей, — мы можем все прекратить.