Из реки вылез водяной, с осклизлой соминой мордой, мясистыми усами-щупальцами и рыбьей пастью во всю ширину плоской морды.
— Ты что? Совсем дурак? — спросил он и покрутил у виска плавником.
— Вроде, не совсем… был всегда… — пробормотал Ваня, глядя на дело рук своих в состоянии полного обалдения. — Я не хотел так… Извини…
— Извини… ты мне чуть всю рыбы в реке не сварил! Чего, первый раз, что ли огнём дыхаешь? Вычитал где и пошёл пробовать? — под конец водяной сменил гнев на милость.
— Второй, — пробормотал Ваня, всё ещё отходя от шока. — Меня Яга в печке запекала… в пирог… там и почувствовал… а потом я одного отморозка так сжёг… вот, решил попробовать… осознанно…
— Эка тебя помотало, а вроде совсем молодой. Ну ты эта, давай дальше на самом деле, осознанно… — участливо откликнулся водяной и плеснув хвостом ушёл в реку, а Ваня встряхнулся и быстренько собрал новый костёр, который зажёг уже нормальным способом. Но тренировать своё огненное дыхание не бросил и вскоре научился поджигать костёр без масштабных разрушений вокруг. Благо на Спецкафедре психотехники дают на должном уровне и приспособить эти техники к конкретной задаче удалось без проблем.
А вскоре вернулась Ильмера с пучком трав и кореньев, попеняла своему жениху, что рыба не почищена и принялась варить уху, которая вышла просто замечательная и в большом количестве.
Когда уже стемнело, они поглощали уху в отсветах костра. Ваня оторвал глаза от своей миски и увидел, что подруга улыбаясь смотрит на него.
— Ты чего? — удивился он.
— Нравится смотреть, как ты ешь, — всё так же улыбаясь ответила мавка.
— И что тут такого? — удивился парень.
— Тебе ведь вкусно, а мне приятно.
Этот разговор сильно повлиял на Ваню. Он тоже стал присматриваться к своей подруге. Как она ходит, как смотрит, как на что реагирует. И сделал для себя массу удивительных и очень приятных открытий. А ещё стал следить за собой. Не только за тем, как ест, но и за тем, что и как говорит, чтобы доставить подруге больше приятных моментов и меньше неприятных. А ещё он ругал себя, что не приглядывался также к Наде и Свете и дал себе клятвенное обещание заботиться таким же образом и о них.
Первая ночь в походе прошла тревожно. Поддерживали огонь в костре, спали по очереди. С оружием решили не увлекаться экзотикой и положились на пистолеты. В конце концов у огнестрела есть одно важное достоинство: он может находиться в готовности к немедленному применению неограниченно долго, в отличие от луков и арбалетов. Ночь прошла относительно спокойно, везение тому причиной а может и стараниями мавки, в чём она, конечно не призналась. Признаться — не призналась, но на следующий день до самого обеда так и спала в лодке. А в обед, на привале, Ваня снова спросил у лодки: сколько им идти до Буяна?