— Госпожа Лесса Хенли, член гильдии торговцев.
Я вошла в кабинет олдермена — просторную комнату с высоким потолком, стенами, обшитыми тёмным деревом, и огромным столом у дальней стены. За столом сидел сам Джеральд Морган — грузный мужчина лет пятидесяти с редеющими седыми волосами, собранными в аккуратный хвост, и пронзительными тёмными глазами на одутловатом лице.
Но не он привлёк моё внимание, а человек, стоявший у окна — Тобиас Вейн, который, увидев меня, расплылся в улыбке.
— Лесса! — воскликнул он, делая шаг навстречу. — Как я рад видеть тебя здесь!
— Господин Вейн, — сдержанно кивнула я, не желая демонстрировать фамильярность в официальной обстановке. — Господин Морган, — поклонилась я олдермену, который поднялся из-за стола.
— Госпожа Хенли, — его голос был густым и глубоким, на удивление приятным для такого грузного человека. — Благодарю, что откликнулись на моё приглашение. Присаживайтесь, пожалуйста.
Он указал на кресло перед своим столом, и я опустилась в него, сохраняя прямую спину и спокойное выражение лица. Тобиас занял кресло рядом, бросая на меня взгляды, полные какого-то нетерпеливого ожидания.
— Я слышал о ваших… инициативах по поддержке рыбаков, пострадавших от бури, — начал олдермен, внимательно изучая меня. — Весьма похвально, хотя и несколько… нетрадиционно.
— В чрезвычайных обстоятельствах требуются нестандартные решения, господин олдермен, — ответила я спокойно. — Рыбаки — основа экономики Мареля. Если они не смогут выйти в море, пострадает весь город.
— Совершенно верно, — неожиданно поддержал меня Морган. — Именно поэтому городской совет принял решение выделить средства на восстановление рыболовного промысла. И я хотел бы, чтобы вы помогли распределить эту помощь наиболее эффективным образом.
Я удивлённо приподняла брови:
— Я? Но почему именно я?
— Потому что вы завоевали доверие рыбаков, — пояснил олдермен. — Они прислушиваются к вам, уважают ваше мнение. Кроме того, как член гильдии, вы можете выступать посредником между городским советом и промысловиками. Это… удобно для всех сторон.
Я молчала, обдумывая его слова. Предложение казалось выгодным для рыбаков — городские деньги действительно помогли бы ускорить восстановление флота. Но что-то в тоне олдермена, в его слишком внимательном взгляде заставляло меня насторожиться.
— Это большая ответственность, — осторожно сказала я. — Сколько средств планирует выделить совет?
— Пятьдесят флоринов, — ответил Морган, и я едва сдержала возглас удивления. Это была весьма значительная сумма. — Конечно, потребуется строгая отчётность о расходовании каждой монеты.