До отъезда оставалось совсем не много времени. Вернее, до нашего отплытия. Владимир Афанасьевич возлагал большие надежды на машинные суда, оупотребляемые только на глубоких водахп. Они были основой всей экономики России в то время. Суда и водные системы, соединившие между собой Каспий и Балтику.
— Голубушка Ольга Андреевна, стоит ли так тревожиться за Аннушку. Каюты у вас с дитём и няньками будут удобные. Княжна и не поймёт всей прелести этого путешествия. Я вот только по осени груз отправил в Питер, и сам его сопровождал.
— А Сашенька? За ним нужен особый пригляд.
И новоиспечённый дед, потирая от удовольствия руки с превосходством, смотрел на княгиню Ч бабушку Александру Соколинскую, в ручке которой дрогнула чашечка с янтарным чаем и сливками. Как я поняла, моя просьба не баловать мальчика была услышана купцом совсем в другом ключе. Это называлось окто — когоп.
Дед просто дарил мальчику, мечтающему о карьере мореплавателя это путешествие по Волге. А бабушка, наблюдая за происходящим, была обрадована возможностью поселиться в Северной столице, пусть и инкогнито, но… далеко не в глубинке.
о — залюбили мальца, однако бабушка хитра, а Владимир Афанасьевич явно позволяет собою крутить… до поры до времени, конечноп.
Груза мы изначально собирались везти немного. оВмещая собственно в себя десять тысяч пудов кладип судно в этот раз стремительно должно было пройти, практически налегке, по Оке, войти в воды Волги, а далее по Мариинской водной системе оказаться практически у стен северного имения купца Александрова.
— Дороги по весне одна сплошная грязь. А так двадцать дней, и мы на месте. С полными удобствами, без тряски и гостиничных дворов в пути.
Он не говорил главного: пропадая вечерами на собраниях купеческой гильдии, он ехал затем к нам в дом. Анастасия Владимировна всегда встревоженно дожидалась отца. Она понимала его не только глазами, всем своим существом. Не нужны были слова. Ночевал он в своих покоях, которые были оборудованы буквально за несколько дней из пустующих комнат в нашем доме. Иногда отчего-то сурово смотрел на притихших женщин, останавливаясь взглядом на внуке, вздыхал.
Гнетущая обстановка скажу я вам.
— Как только подсохнут дороги, французы с боями перейдут границу.
Это был приговор, сказанный тихим голосом мужчины, который всеми силами старался уберечь вновь приобретённую семью.
Мы с Дашей знали этот июньский день, знали дату. Она неукоснительно приближалась, но была надежда. А вдруг. Я всегда, когда смотрела оРомео и Джульеттап надеялась… а вдруг.
Но нет, чудес не бывает. Как она там говорила оперед нами причинно-следственная связьп, поддержали Англию — получили в копилку могущественного врага, а посему быть войне.