Хотя варианты, конечно, были. И возможность пробиться или даже прокрасться в теле — не нулевая. Технологии и знания, полученные на станции, были весьма…
— Я деби-и-и-ил… — обречённо произнёс я, стуча лбом в металлическую стену. — Хотя нет! На меня местный эфир и тоска по девчонкам так действовала! — нашёл я довольно кривую, но всё же отмазку, прекратив членовредительство.
Я… как бы это-то… чтоб без мата-то и грязной ругани… В общем, немножечко… ЗАБЫЛ, едрить мой эфир, про утыренную библиотеку императора! Не вспоминал, лежала она мёртвым грузом!
Нет, в принципе, судя по всему, что я знаю — библиотека собиралась из намененного со станции. И у меня эти данные, уже натыренные, есть, причём без “цензуры для дикарей”. Но сам факт… позорище, в общем. И прибуду в Лог — неделю на секс, простой и группен. А потом — с места не сдвинусь, пока не разберу ВСЮ информацию. Год понадобится — вот год и буду заниматься, принял я суровое решение. И даже без Виты тентаклю-другую отращу. Пусть ко мне обучающемуся девчонки приходят и радуются…
— Бугагашеньки, — поликовал и повеселел я от представленной картины. — Но вообще — позорище, — самокритично признал я. — И всё, хорош. Время не резиновое. Надо пробовать осуществить.
Потому что пришло время для осуществления задуманного мной плана, утилизации волежелания. Заодно решающего вопрос с Витой (хотя буду скучать немного). Ну и, возможно, вопрос со станцией и упырями. То есть, есть шанс, что не придётся становится Чумой. Но именно шанс, да и посмотрим, что выйдет.
Врубил я Архив, заволежелал, напрягся. В глазах потемнело от боли, а потом пришло облегчение и чувство свободы: в “теле” Карачуна я чувствовал себя даже комфортнее, чем в стригорьем. Не говоря про Брамачье.
И бултыхался я проявленным в материи даймоном из тьмы и льда, с интересом пырясь на стоящее и пырящееся на меня тёмными очками тело Брамака.
— Получилось? — наконец, озвучил я, потому что чувствовать эфиром было… страшновато и не очень деликатно.
— Я в теле, передо мной противная рожа, — пробасило тело Брамака, склонив голову набок. — Значит, у меня получилось. Правда, я — тыкнуло тело себя в грудь, — выхожу копия. А ты, — тыкнул он в меня, — прототип.
— А ты, что копия — не почувствовал? — заинтересовался я.
— Да вообще после заклинания только по твоему наличию и понял, — ответил мой духовный… сын, брат, клон.
Копия, в общем. Я этим, собственно, и решил заняться, утилизируя волежелание. Создать копию себя, любимого. У Грея вышло, а я что — хуже? Только не чтоб выкинуть, а чтоб жил. Бросать девчонок в Беловодье я не могу. Но бросать Виту — ОЧЕНЬ не хочется. И со станцией дел до черта.