Впрочем, и у австрийцев дело обстояло немногим лучше. То есть там винтовки заряжать все же солдаты умели, но вот с более «сложной» техникой они справлялись весьма хреново, да и «психологический настрой» у них был не особо для войны подходящий. Собственно, поэтому в начале «той» войны генерал Иванов и провел настолько успешно для России «Галицийскую битву», захватив ценных трофеев немеряно: австрийские солдаты, если в бою у них заклинивал пулемет, его просто бросали, не умея его быстро привести в норму — а клинили они из-за отвратительного обслуживания очень часто. И пушки бросали по той же причине, причем бросали их исправными: артиллеристы в большинстве своем просто не знали, как орудие из строя вывести (то есть часто даже снять затвор и прицел оказывались неспособными). Но ведь нельзя вести войну, считая противника рукожопыми дебилами, тем более что таких у врага было все же меньшинство, а не подавляющее большинство, как в армии России.
И, что Саше особенно не нравилось, рукожопых дебилов и среди русских военачальников было тоже «большинство» — просто потому, что генералов Николай (который император) назначал на должности исходя из «личной преданности» их самому Николаю, а не вовсе не по профессиональным качествам. Так, например, начальником Генштаба царь назначил генерала Янушкевича, которые не только никакого боевого опыта не имел, но и опыта командования чем-либо: с окончания Михайловского училища он работал только на канцелярских должностях, дослужившись аж до помощника начальника канцелярии Военного министерства…
И подобных «уникумов» на командных должностях в русской армии было куда как больше половины, так что перспективы войны выглядели довольно плачевно, хотя и несколько лучше, чем «в прошлой истории». Просто потому, что кое-что компания Розанова все же успела подготовить. Правда, «кое-что» успели и страны того самого «Тройственного союза» сделать — и это вызывало у Саши серьезные опасения. Впрочем, не у него одного: Андрей тоже считал ситуацию крайне нерадостной, так что когда Саша утром восьмого июня примчался в Богородицк, у друзей состоялся серьезный такой разговор:
— Саш, я перевел все наши заводы и фабрики на режим военного времени, но мне кажется, что пользы от этого будет немного: оружия мы можем произвести достаточно, но кто им сможет воспользоваться-то? На вооружении твои карабины только в дивизии Оловцева стоят…
— Ну да, а еще в наших отрядах охраны. И тысяч двадцать из бывшего нашего дальневосточного ополчения с ними знакомы не понаслышке, так что если собрать всех, кто уже с ними обращаться умеет, то тысяч пятьдесят человек найти мы сумеем. И тысяч десять тех, кто знает, как из минометов стрелять — немного, конечно, но хоть что-то.