К слову сказать, в этом сражении, в отличие от прошлых, не погиб и не попал в плен ни один адмирал союзников. Впрочем, у нас их уже столько, что можно в цирке показывать. Да и тем, кому удалось сбежать, не позавидуешь. Не представляю, как Кокрейн и его подчиненные будут оправдываться перед своим начальством…
Глава 2
Одна из главных проблем Русского Балтийского флота во все времена — отсутствие хороших гаваней. Нет, Кронштадт сам по себе не плох, но стоит в самой глубине Финского залива — слишком далеко от потенциальных врагов. В нем хорошо обороняться, даром, за спиной мелководье, и даже если враги сумеют прорваться, никакой пользы им это не принесет.
Прочие же порты, включая Гельсингфорс, Ригу и Ревель, ко всему выше перечисленному банально малы. Начинаешь понимать, зачем при царе с маниакальным упорством строили Либаву. Но последняя имеет смысл, только если наш флот будет доминировать в этих водах… что, в общем, сейчас и происходит!
Вот черт… плавно хотел подвести мысль к тому, что базой нашего будущего флота следует сделать Моонзундский архипелаг, который и расположен недурно, и защищать легко. Замерзает, конечно, но не так чтобы надолго.
— Николка, стой! — раздалось совсем рядом.
Оглянувшись, я заметил бегущего ко мне сына и пытающегося догнать его вестового Семена Ермакова — бывшего артиллерийского квартирмейстера, переквалифицировавшегося с недавних пор в дядьки.
— Папа! — с ударением на последнем слоге воскликнул наследник и с проворством обезьянки вскарабкался ко мне на руки.
— Привет, малыш, — засмеялся я, прижимая к груди сорванца.
— Балуете вы его, Константин Николаевич, — строго заметил Семен, весьма серьезно относящийся к своей новой должности. — Шалопаем вырастет!
— Ладно тебе, Песталоцци! — отмахнулся я от матроса.
— Чуть что, сразу «бестолковый», — пробурчал ничего не знавший о знаменитом швейцарском педагоге унтер, а после встал немного поодаль, продолжая одним глазом внимательно следить за своим подопечным.
Если честно, маленькому Коле не следовало находиться сейчас вместе со мной на боевом корабле, но… как-то случайно все получилось. Был обычный день, когда я выбрал минутку, чтобы побыть с детьми. Они, как вы вероятно помните, после недавней трагедии жили в семье брата. Мари не просто приняла Николку, Оленьку и полуторогодовалую Веру как родных, но даже выдержала небольшое сражение с матушкой — вдовствующей императрицей Александрой Федоровной. Впрочем, последняя, по своему нездоровью, вряд ли могла взять на себя полноценную опеку.
Невестку вместе с детьми я застал гуляющими в парке. В смысле, Мари прогуливалась со своими фрейлинами, очевидно, перемывала косточки знакомым дамам, а младшее поколение дома Романовых находилось под присмотром гувернеров (или гувернанток). Мальчишки играли в догонялки, а девочки по своему малолетству могли только смотреть на них круглыми от изумления глазами.