— Истинная вера всегда поможет верным чадам Господа!
— Мы ведь понимаем друг друга. И говоримое на площадях и внутри храмов не всегда совпадает с тем, что обсуждается в тиши уютных кабинетов, среди умных, понимающих людей,
Посланник Ричмонда пристально так смотрел на «дельца от святости», добившегося от жизни всего, чего только мог пожелать. Однако и добившись, лидер мормонов продолжал желать не просто сохранения имеющегося, но и получения иного. Чего именно? Расширения влияния созданного им детища — не столько Дезерета, сколько той идеологии, которую тот нёс внутри и вовне. И готов был платить за удовлетворение этого своего желания. Не деньгами, разумеется — этот вид платы почти ничего не стоил в том «магазине», где совершались подобные покупки. Иным, более абстрактным и в то же самое время неизмеримо более ценным.
Двое людей сидели друг напротив друга в уютной тишине кабинета, в котором многочисленные книги в шкафах соседствовали с мормонскими реликвиями, а нарочито мрачная атмосфера оттенялась неброской роскошью, сотворённой теми архитекторами, которые проектировали Пчелиный дом от внешнего вида до элементов внутреннего убранства. Два человека… Клонящийся к закату жизни хитрец и интриган, использующий созданную другим, настоящим фанатиком от религии веру как строительный материал для собственных амбиций. И человек войны, взлетевший на её пенном гребне к вершинам, сумевший сделать правильную ставку на победителей и сделать казавшуюся такой непрочной и податливой опору действительно монолитной. У каждого были свои интересы, свои цели. Просто так уж получилось, что и хозяин этого места, и гость, являющийся разумным, мыслящим, умеющим импровизировать, но всё-таки орудием пославших его сюда — оба понимали, что нуждаются в возможностях друг друга для получения результата.
— Эти еретики… оппозиция, — с неохотой поправился Бригам Янг, по лицу американского генерала уловив скрытое, но недовольство последнего использованным термином, — они останутся. Я не трону Лаймана и даже Вудрафа. Не изгоню, не отлучу от церковных таинств даже временно. Пусть остаются и извергают из уст своих яд, стремясь заразить им верных детей Господа. Если вы, Грегори, действительно сможете ещё сильнее принизить то, к чему они призывают. Ваши сделанные ранее намёки, я их понял. А сейчас вы пришли, чтобы полностью их раскрыть.
Не вопрос, но утверждение. Сильвертону тут нечего было возразить. Да он и не собирался, сам желая окончательно открыть те карты, которые ему вручили ещё тогда, перед отбытием из Ричмонда, после лишь подтверждая заранее намеченные этапы плана телеграфными депешами.