Впечатления были сногсшибательными, и если бы не недостаток времени, парень опробовал бы еще и антресоли шкафа, но от этой затеи пришлось отказаться — время поджимало.
— Я люблю тебя, милая, — вместе с пылкими заверениями любви, красотка забрала десяток золотых — для Фила мелочь, а девушке приданое.
Преодолев остатки неги и одевшись, парень вновь вернулся к взлому дверки.
— Так, демон был, вода была, — подумал Фил вслух. — Обычно вешают по одной волне первооснов. Хм, ветер или земля?
Юноша сделал еще один поворот ключа, отпрыгнул и удивленно посмотрел на дверь — ни ветра, ни земли: странно.
Рука потянулась почесать занывшее левое плечо и сразу наткнулась на прохладу гладкого металла.
— Мама! — вскрикнул Фил, рассматривая стальной болт, впившийся в мышцу.
Из кармашков пояса были мигом выдернуты мутные склянки, первая из которых щедро окропила рану, вторая поглощена внутрь, а третьей облита сталь. Стрелка тут же протаяла изнутри: эликсир абсолютного растворения сработал идеально, прихватив заодно кость и мышцы. Еще одно средство и приложение силы — и от раны остается только розовый след и неприятное чувство раздражения, словно что-то застряло под кожей.
— Злобный старикашка!.. — прошипел парень и с размаху вогнал ритуальный кинжал в поджившую рану. Прозрачный камень на конце клинка тут же окрасился черным, потом красным, затем цвет из слабо-розового обратился вновь в белый. Снова склянка выливается на рану — на этот раз все в порядке.
Фил устало лег спиной на все еще мокрый пол и потер лоб. Сколько еще кругов надо пройти?
Осторожно провернулся ключ. Парень прыгнул влево и вниз, четко отслеживая реакцию. Мягко открылась дверка, и над головой тут же зажегся свет, освещая ровные ряды бутылок на трех полках минибара.
— С-старик… — прошипел Фил, поднимаясь. — Ничего, я тоже умею шутить.
Бег по этажам, суетливый перебор нужных предметов, страстные объятия Генриетты, возвращение обратно — и вот барная стойка вновь закрывается на три оборота ключа.
— Так, но где же тогда дверь? — Фил почесал кончиком ключа висок.
Кабинет был огромен, левая стена сплошь заставлена книжными шкафами, за которыми, в свою очередь, могли находиться десятки замаскированных дверей. Стена около выхода была покрыта фресками, изящно переходящими в зев монструозного камина — явно магического. Внутри камина тоже могла иметься дверь, но лезть туда было жутковато — со старика станется засунуть под камин огненного дракона в стазисе безвременья.
Оставалось еще две стены — та, в которой была дверь барной стойки, и внешняя стена с огромными витражами.