Что ж, тут обвинять некого: только сам виноват, что несерьёзно отнёсся к нынешнему мероприятию. Не прибыл сюда заранее, не озаботился созданием максимально благоприятных и выигрышных для себя стартовых условий окружающей среды, не подготовил поле боя.
А они вот отнеслись, и подготовили.
Но, мне же лучше: прибытие моё выглядело эффектнее. Представьте: чистое голубое небо, клонящееся к закату солнце, хвойный лес, резко обрывающийся полем, и сверху, в этом небе крылатые кони, заходящие на круг для посадки.
Да: крылатые кони. Император (пусть даже ещё только номинальный, не коронованный) в одиночку передвигаться не может. Просто, не может, иначе он уже не Император — не солидно. Так что, и мой перелёт на это стрельбище сопровождала Гвардия, совсем недавно самодурством моим переименованная в «Астартес».
Ну, точнее, не «переименованная», так как старое имя «Гвардия» у них никто не отбирал. То, что я сделал, это дал им ещё одно, новое. Их собственное, уникальное. И, кстати, не сказал бы, что оно им не понравилось: как мне по секрету сообщил Борис, в полку по этому поводу, прошлой ночью даже масштабную праздничную пирушку закатили, на которую он, от моего имени, пару бочек какого-то очень редкого и дорогого вина из Императорских запасов отправил… и выпивали там замечательно, и за здравие нового Императора, и за славные традиции, и за «Астартес»! Причём, последний тост особенно по душе пришёлся: «За Астартес!» — короткий, звучный, загадочный, многозначительный…
В общем, да — три десятка Астартес при параде, с парадным оружием, на крылатых конях. И я — впереди них всех, на самом крупном, самом белом, самом ярком и самом красивом скакуне, в белой с золотом парадной форме Есаула Имперской Гвардии… ну а что? Решение прошлого Императора-то никто так и не отменял. Тем более, что оно уже было заранее, до его прилёта ко мне в Персию, официально оформлено всеми соответствующими приказами и бумагами. От меня ж там требовалось только формальное согласие и принесение Присяги. Никому и в голову прийти не могло, что я там начну артачиться. А, приказ о назначении и присвоении, тем временем, формально уже состоялся: Есаул я самый настоящий и официальный, везде, где должно и следует, учтённый. Даже жалование уже из казны выписывается. В то время, как Императором я, формально ещё не являюсь — Коронации-то не было, и, ещё неизвестно: будет ли? Точнее, то, что она будет, никто не сомневался, вопрос был только за тем, кого именно коронуют. И ответ на него напрямую зависит от результата сегодняшней схватки — Поединком назвать как-то язык не поворачивается, когда один против четверых.