— Осень… конец октября… — откликнулся Карпас. От плаща он и сам бы не отказался — потому как и впрямь было промозгло. Мокрый холод ночной реки пробирался даже под его прорезиненный макинтош. Ветер с реки стегал по лицу, как огромное мокрое полотенце, дождя не было, но мелкие ледяные капли все равно оседали на плечах. Под скрипучими досками складского причала плескалась темная осенняя вода. Как обычно у складов, сильно пахло влагой, железом и смазкой.
Стояла тишина, лишь скрипел покачивающийся на ветру фонарь под козырьком над дверью, да где-то вдалеке разухабисто орал пьяный.
— Все эти подброшенные письма… Свидания в полуночном мраке… — Гунькин шмыгнул покрасневшим носом. — Провинциальная рокамбольщина…
— Полагаете, нас выманили, чтобы ограбить? — намек Карпас понял сразу, потому что и сам об этом думал.
— А еще полагаю, что ваша прислуга — в сговоре. Иначе откуда бы взяться у вас на столе письму, в котором нам назначают встречу? Вам бы допросить их хорошенько…
— Всенепременно. Как вернусь. — не стал спорить Карпас.
— Не стоило и приходить. — досадливо отмахнулся Гунькин. — Еще и меня с собой потянули.
— Я предпочел бы, чтоб вы все увидели своими глазами, тогда ваше свидетельство перед правлением Путиловских заводов будет полным.
— В чем свидетельство, господин Карпас? Что вы пытались выполнить свои обязательства, но обстоятельства непреодолимой силы… — скривился Гунькин.
Судя по вспыхнувшим на скулах Карпаса малиновым пятнам — угадал. Гунькин с явным удовольствием посмотрел на промышленника и язвительно процедил:
— Правлению некогда входить в ваши обстоятельства, у него самого — обстоятельства… Непреодолимой силы, которая требует паровозы в срок! Для паровозов нужно железо, причем тоже в оговоренный срок — а у вас его нет! Или вы верите, что его и впрямь вернут? Как… — он поискал сравнение. — …как сосед возвращает одолженный на вечеринку стул? Привезут и вот тут на причал вывалят? — Гунькин притопнул сапогом по доскам, те оглушительно скрипнули. В царящей вокруг тишине этот скрип прозвучал как выстрел. Гунькин покачался с носков на пятку — доски снова заскрипели. Издевательски фыркнул. — Не выдержит! Внушительная гора должна быть, как-никак, целый драккар…
«Не выдержит — из-под воды достанем, тут не глубоко. — мелькнуло в голове Карпаса. — Вытащим, высушим… лично, каждую железную болванку, платочком оботру… Лишь бы привезли!» Но понимал, что Гунькин, скорее всего, прав.
— Надеюсь, хоть затребованные мошенниками ценные бумаги вы с собой не прихватили? — Гунькин подозрительно поглядел на саквояж в руках Карпаса.