На четвертый день пути, я в компании с тремя парнями заглянул в подозрительно тихий лесок, нужно было найти удобное место для привала. Здесь не было слышно, ни пения птиц, ни стрекота кузнечников, даже сам ветер затих, будто боясь нарушить мертвую тишину. Зайдя в небольшую дубовую рощицу, я обвел взглядом ветви ближайших деревьев, и сразу заметил странных воробьев. Что бы понять, что с ними не так, пришлось подойти еще ближе.
— Йоообушки-воробушки…- пробормотал я.
А это были именно они, на ветвях деревьев сидели мелкие серо-коричневые пичуги, снизу которых свисали мужские половые хуи с яйцами, в пару-тройку раз превышающие размер самих птичек.
— Да как такое вообще возможно! В воробье столько крови не наберется, чтобы поднять этот член! — удивленно проговорил я.
— Черная магия не иначе! Злое колдунство! — прошептал, стоящий рядом Фририх.
— Надо бы валить отсюда, пока они не проснулись, чую, не спроста в этой рощице так тихо. — зашептал сзади Ержан.
В этот момент перед нами выскочил довольно лыбящийся Кхарн.
— Ну, чего притихли! Карачун, может споешь чего? — громко крикнул он, развернувшись к воробушкам спиной.
— Ой, еблааан… — только и успел проговорить я, ударив себя по лбу ладонью.
В этот момент воробьи открыли глаза: ярко-желтые буркалы с лопнувшими кровеносными сосудами, со злобой и вожделением уставились на Кхарна. Их члены стали медленно набухать, устремляясь толстыми бордовыми головками вверх к солнцу, а мы начали медленно пятиться назад.
— Что там? — осознав свою ошибку зашептал здоровяк, и начал медленно оборачиваться назад, но было поздно!
Йобушки, одновременно, всей стаей, сорвались с веток и кинулись в атаку. Фририх рванул здоровяка на себя, опрокидывая его за наши спины, и отгородился от пикирующих хуеносцев щитом. Слева от него встал Ержан, держа в руках щит и меч.
— Похоже убежать не успеем.- выхватив Олафа, я встал на манер бейсболиста, приготовившись отбивать летящие в нас живые снаряды.
Бойня была жесточайшей, кровища и перья летели во все стороны, но злые птицы всё не успокаивались! Вражеские члены мелькали у нас перед глазами, то и дело норовя зайти с тыла. Спасало агро-умение Ержана, он перетягивал всё внимание пичуг на себя, а в это время, мы с Фририхом быстро орудовали своими булавами, истребляя их поголовье.
И только перебив половину стаи, до меня дошло: это ж Кхарн! У него бронезад! Он единственный из нашей компании может не бояться за свою пятую точку. Интересно, а что будет, если он врубит свое отражение урона?
— Эй, Кхарн! Как думаешь, твоя способка на них подействует? — спросил я, глядя на остатки стаи, собирающиеся на второй заход.